Еще одно мнение про войну: учет погибших.

vodes5311

Жаль, если это и в самом деле так
ЗАПРЕТНЫЕ ЦИФРЫ
Количество погибших советских людей до сих пор занижается в разы

(Фото Дмитрия Бальтерманца)

Вопрос о советских военных потерях, особенно о безвозвратных потерях Красной армии в Великой Отечественной войне, и сегодня, спустя 60 лет после ее окончания, остается предметом политических спекуляций.

Наши бравые генералы еще в 1993 году в книге «Гриф секретности снят» опубликовали устраивающую их, но совершенно фантастическую цифру безвозвратных потерь Красной армии — 8 668 400 погибших на поле боя, умерших от ран, болезней, в плену, расстрелянных по приговорам трибуналов и умерших по иным причинам. С тех пор, выпуская второе издание книги в 2001 году под названием «Россия и СССР в войнах XX века», руководитель авторского коллектива генерал Г.Ф. Кривошеев со товарищи «согласились» добавить к этой цифре еще 500 тыс. пропавших без вести из числа призванных в первые дни войны, но не успевших прибыть в свои части (откуда столь круглая цифра — неизвестно).
Немецкие же потери погибшими на Восточном фронте российские генералы определяют в 3 605 000 человек. Еще 442 тыс. умерло в плену. Вместе с потерями союзников Германии получается всего 4273 тыс. погибших на поле боя и 580 тыс. умерших в плену.
При таком подсчете общее соотношение числа погибших воинов Красной армии и гитлеровцев (с союзниками) оказывается вполне сносным — всего лишь 1,8:1. Или же 1,9:1, если добавить к советским потерям 500 тыс. тех, кого авторы «Грифа секретности…» так и не решили, куда отнести — к потерям армии или мирного населения.
Общие же безвозвратные потери советского народа официально оцениваются в 26,6 — 27,0 млн человек, из которых около 18 млн приходится на гражданское население.
Получается, что Красная армия воевала совсем неплохо, учитывая внезапность немецкого нападения, а также то, что значительная часть красноармейцев умерла в плену. И Сталин, мол, был не такой уж плохой полководец.
Гипнозу официальных цифр поддаются и некоторые западные исследователи. Например, американец Макс Хастингс в книге «Армагеддон. Битва за Германию», ориентируясь на эти цифры, упрекает Эйзенхауэра и других союзных генералов, что они в последние месяцы 44-го не наступали столь же решительно, как русские, стремясь минимизировать свои потери, и в результате затянули войну на полгода, что, дескать, привело к еще большим потерям. Здесь не учитывается, что плотность немецких войск на Западном фронте была в 2,5 раза больше, чем на Восточном. А главное — во что действительно обошлась русским решительность действий.
Но что еще важнее — благостная для Красной армии картина соотношения военных потерь является следствием откровенной фальсификации. В тех случаях, когда появляется возможность проверить данные книги «Гриф секретности снят», они не выдерживают никакой критики. В значительной степени причина в том, что учет безвозвратных потерь Красной армии был поставлен из рук вон плохо.
В приказе заместителя наркома обороны Е.А. Щаденко от 12 апреля 1942 г. говорилось:
«Учет личного состава, в особенности учет потерь, ведется в действующей армии совершенно неудовлетворительно… Штабы соединений не высылают своевременно в центр именных списков погибших. В результате несвоевременного и неполного представления войсковыми частями списков о потерях (так в документе. — Б. С.) получилось большое несоответствие между данными численного и персонального учета потерь. На персональном учете состоит в настоящее время не более одной трети действительного числа убитых. Данные персонального учета пропавших без вести и попавших в плен еще более далеки от истины».
И еще 7 марта 1945 года Сталин в приказе по наркомату обороны подчеркнул, что «военные советы фронтов, армий и военных округов не уделяют должного внимания» вопросам персонального учета безвозвратных потерь.
Остается считать советские потери посредством оценок, ибо недоучет их в сохранившихся документах в несколько раз превышает действительную величину.

Я считал потери Красной армии несколькими методами. Во-первых, опубликована помесячная динамика советских потерь раненными за всю войну (в процентах от среднемесячного уровня). Кроме того, Д.А. Волкогонов опубликовал в свое время помесячную раскладку потерь Красной армии за 1942 год. Ряд соображений привел к выводу, что только в ноябре почти все безвозвратные потери относились к погибшим, а не к пленным. Тогда безвозвратные потери составили 413 тыс. человек, а число раненых — 83 процента от среднемесячного за войну. Исходя из этой пропорции, число убитых и погибших от иных причин (кроме пленных) красноармейцев за все время войны, с июня 41-го по май 45-го, можно оценить в 22,4 млн человек. По моей оценке, из 6,2 млн советских военнослужащих, побывавших в немецком плену, погибли около 4 млн. Таким образом, общие потери советских Вооруженных сил можно оценить в 26,4 млн человек погибшими.
Общие потери вермахта погибшими на поле боя и умершими от иных причин, согласно моей оценке, составленной на данных, содержащихся в книге генерала Б. Мюллера-Гиллебранда «Сухопутная армия Германии» (в годы войны он как раз ведал учетом личного состава составили около 3,2 млн человек. Еще около 0,8 млн умерли в плену. Из них около 500 тыс. не пережили плена на Востоке, где в общей сложности оказались почти 3,15 млн германских военнослужащих. Число погибших на Востоке германских военнослужащих я оцениваю в 2,1 млн человек — тогда с учетом умерших в плену получается 2,6 млн.
Отмечу, что данные Мюллера-Гиллебранда основаны на централизованном учете германских потерь вплоть до ноября 1944 года и на оценке потерь за последние полгода, сделанной германским генштабом. Иногда встречаются и более высокие цифры германских потерь (4,5 — 5 млн человек основанные на более высоком исчислении в последние полгода войны. Мне они не кажутся достоверными. В последние полгода немецкие потери погибшими не могли быть выше, чем за предшествовавший год, поскольку в последние месяцы численность немецкой армии на фронте значительно сократилась, и основные потери она несла не убитыми, а пленными.
Соотношение советских и германских потерь на Восточном фронте составляет, таким образом, примерно 10:1. Если учесть еще потери союзников Германии и советских граждан, погибших на стороне вермахта, но не учтенных в немецких потерях (таких, по разным оценкам, было от 100 до 200 тысяч то соотношение станет примерно 7,5:1.

Парад на Красной площади, 1941 г. (Фото Георгия Петроусова) Существуют и альтернативные методы подсчета. Так, банк данных при Музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе содержит персональные поименные данные на 19 млн военнослужащих, погибших или пропавших без вести в ходе войны. Сюда были включены не все погибшие, о чем свидетельствуют и неудачные попытки десятков граждан, обратившихся в первые дни существования музея с запросами о судьбе своих без вести пропавших родных и близких. Практически невозможно поименно установить всех погибших на войне более полувека спустя после ее окончания.
Примерно из 5 тыс. погибших советских военнослужащих, чьи останки были найдены поисковиками России в середине 90-х годов и чью личность удалось установить, около 30% не числились в архивах Министерства обороны и не попали поэтому в компьютерный банк данных. Если предположить, что 19 млн попавших в этот банк составляют примерно 70% всех погибших и пропавших без вести, их общее число должно достигать 27,1 млн человек. Из этого числа надо вычесть примерно 2 млн выживших пленных и примерно 900 тыс. вернувшихся к своим окруженцев. Тогда общее количество погибших солдат и офицеров можно исчислить в 24,2 млн. Однако данный подсчет сделан на основе тех 5 тыс. погибших, которых удалось идентифицировать по сохранившимся у них документам. Следовательно, у этих военнослужащих вероятность оказаться в списках Министерства обороны выше, чем у среднестатистического убитого.

Достаточно точно также можно оценить соотношение советских и немецких потерь по потерям офицеров, которые всегда считают точнее, чем рядовых. Согласно данным, приведенным Мюллером-Гиллебрандом, сухопутная армия Германии потеряла на Востоке с июня 41-го по ноябрь 44-го 65,2 тыс. офицеров погибшими и пропавшими без вести. Общие же безвозвратные потери вермахта составили за тот же период 2 417 тыс. человек. Таким образом, на одного офицера приходится 36 рядовых и унтер-офицеров безвозвратных потерь. Доля офицеров в этих потерях составляет 2,7%.
Безвозвратные потери офицеров советских сухопутных войск, согласно подсчетам, завершенным только в 1963 году, составили 973 тысячи. Если исключить из этой цифры сержантов и старшин, занимавших офицерские должности, а также потери 1945 г., то безвозвратные потери офицеров советских сухопутных сил за 1941 — 1944 годы (за вычетом политического состава, в вермахте отсутствующего, а также лиц административного и юридического состава, у немцев представленного чиновниками) составят около 784 тысяч. Вот эти-то 784 тысячи и надо сопоставлять с 65,2 тысячи немецких офицерских потерь, приведенных у Мюллера-Гиллебранда.
Получается соотношение 11,2:1. Оно близко к соотношению потерь армий СССР и Германии, определенному другим методом. Если же принять официальную цифру советских потерь, то получится, что в сухопутных войсках Красной армии на одного погибшего офицера приходилось всего 8 рядовых. Выходит, что у нас отделениями (обычная численность одного отделения — 9 человек) командовали офицеры. Или что в Красной армии в атаку бросались целые батальоны и полки одних офицеров.
Доля офицеров в безвозвратных потерях двух сторон была примерно одинакова. Так, независимый российский военный историк В.М. Сафир отмечает, что «по отдельным боевым донесениям сухопутных войск, приблизительный уровень офицерских потерь колеблется где-то в пределах 3,5 — 4,0%». Если взять, например, донесение о потерях 323-й стрелковой дивизии за 17 — 19 декабря 1941 года, там на 38 убитых командиров приходилось 458 солдат и сержантов, а на 19 командиров, пропавших без вести, — 1181 пропавший без вести сержант и солдат. Здесь доля командиров в безвозвратных потерях составляет 3,36%. Если же вычесть отсюда политработников, составлявших почти 10% офицерских потерь, и еще 3% потерь административного и юридического состава, то доля офицеров в потерях сократится до 3% и будет очень немного отличаться от доли офицеров в немецких безвозвратных потерях.
Все эти вычисления доказывают только то, что немногие уцелевшие из тех фронтовиков, кому доводилось ходить в атаку, знают и так. Мы заваливали врага трупами и победили лишь благодаря большой и безропотной массе необученных солдат, покорно шедшей в самоубийственные атаки. Хорошо обученный солдат и офицер, способный размышлять, представляли для Сталина большую опасность, чем гибель десятков миллионов необученных бойцов.
Что же касается общих советских потерь, то они значительно превышают официальные 27 млн. Дело в том, что население СССР к началу войны составляло не 194 млн человек, как полагают многие демографы, а, согласно исчислению, проведенному ЦСУ в июне 41-го, должно было превышать 200 млн человек. Но тогда успели провести лишь предварительное исчисление, а повторное сделали лишь по Молдавии и Хабаровскому краю. Оно дало цифры на 4,6% больше первоначальных. С учетом этого население СССР в июне 41-го можно оценить в 209,3 млн человек. А общую убыль населения вследствие войны от избыточной смертности (с учетом того, что к началу 46-го его численность оценивалась в 167 млн человек, а также показателей рождаемости последних военных лет) — в 43,3 млн человек. (Напомним, что общие потери Рейха оцениваются в 7 млн погибших.) Таким образом, потери гражданского населения составили 16,9 млн человек.
Подчеркну, что точность здесь не превышает плюс-минус 5 млн человек, поэтому десятые миллионов в цифрах вполне условны и отражают лишь способы исчисления. Но точнее потери мы вряд ли когда посчитаем.

Борис СОКОЛОВ, профессор Российского государственного
социального университета
28.03.2005

http://2005.novayagazeta.ru/nomer/2005/22n/n22n-s31.shtml

stm5758530

К величайшему сожалению российского руководства, несмотря на огромную проделанную работу, страна все еще кишит отдельными представителями интеллигенции, которым лишь бы праздник народу ипортить... Господа, я вас по-дружески прошу - потерпите до 10-го мая! А потом мы предоставим вам возможность обсудить это с господином Ходорковским. Также устроим ему и всем вам совместную встречу с каким-нибудь журналистом ИД "КоммерсантЪ" в теплом уютном помещении, - и обсуждайте эти цифры на здоровье! Только вот ручек и бумаги, извините, не положено, - отдельные несознательные элементы могут использовать их для побега

imp18

Как проверить цифры потерь во время Великой Отечественной войны?
Марек, историограф
Этот текст - попытка подвести итоги дискуссии о потерях СССР во время Великой Отечественной войны и о соотношении этих потерь с потерями противника, Германии и ее союзников. В силу всем понятных причин точное число потерь узнать невозможно и единственное, что остается - получить достаточно точное приближение. Теоретически подсчет потерь можно вести с трех разных направлений - исходя из персонального учета солдат и офицеров, исход из численного их учета, и, наконец, демографическими методами.
Персональный учет во время войны, особенно в первый ее период, был поставлен плохо. Происходило это как по объективным причинам, скажем невозможностью такого учета в окружении, так и субъективным - отношении части командования к солдатам как винтикам войны. В книге "Гриф секретности снят" цитируется приказ наркома обороны СССР № 0270 от 12 апреля 1942 г. "О персональном учете безвозвратных потерь на фронтах", где говориться: "В результате несвоевременного и неполного представления войсковыми частями списков о потерях получилось большое несоответствие между данными численного и персонального учета потерь. На персональном учете состоит в настоящее время не более одной трети действительного числа убитых".
В соответствии с программой подготовки и издания Книг памяти в 1990 году во Всероссийском НИИ документоведения и архивного дела была начата работа по созданию банка данных (ЦБД) по безвозвратным потерям Вооруженных сил в годы Великой отечественной войны. В сборнике статей "Людские потери СССР в Великой Отечественной войне". СПб., 1995, была помещена статья Информационный потенциал автоматизированного банка данных о безвозвратных потерях в годы Великой Отечественной войны, написанная М. В. Лариным и В.Д.Банасюкевичем. По словам авторов этой статьи, к моменту публикации в ЦБД было введено около 19 млн. персональных записей о погибших, пропавших без вести, умерших в плену и от ран военнослужащих Красной Армии в годы Великой Отечественной войны. Формирование Банка данных еще не закончено; но по нашим примерным оценкам, исходя из объема оставшихся необработанных документов, в ЦБД необходимо ввести еще около 500 тыс. записей и тогда общее их число достигнет 19,5 млн.
Эта статья, вышедшая в год 50-летия Победы, носила отчасти юбилейно-отчетный характер и из нее невозможно было понять, как создателям ЦБД удалось организовать ввод такого колоссального объема информации за столь короткий срок, как был организован контроль вводимых данных, и, главное, как были (и были ли) организованы поиск и исключение дублирующей информации. Последняя проблема связана с большими алгоритмическими трудностями, но без ее решения использовать ЦБД для каких-либо статистических исследований нельзя. Несколько настораживает здесь то, что, как указывают сами авторы, ЦБД создавался для издания книг Памяти, а для этих целей исключение дублирующей информации особой важности не имеет. Добавим, что еще одним важным вопросом, без ответа на который ЦБД нельзя рассматривать как основу для таких исследований, является вопрос о полноте представленной там информации. К сожалению за прошедшее с тех пор время не появилось никаких новых публикаций, в которых можно было бы найти ответы на все эти вопросы и узнать о дальнейшей судьбе проекта. Поэтому на сегодняшний день ЦБД можно рассматривать лишь как заготовку, но еще как инструментарий, пригодный для решения интересующей нас задачи.
Численный учет личного состава был поставлен существенно лучше и это понятно. Без него невозможно ни снабжение армии, ни планирование операций, словом, невозможно управление армией. Не случайно в упомянутом приказе отмечаются недостатки персонального, но отнюдь не численного учета потерь.
Методы демографии позволяют оценить общие демографические потери с достаточно большой точностью, однако выделение фронтовых потерь из их общего числа дает менее точный результат. Заметим, кстати, что во врем дискуссии несколько раз по отношению к демографическим методам высказывались достаточно пренебрежительные суждения. Чаще всего это происходило просто из-за отсутствия аргументов и невозможности опровергнуть демографические выводы, не отрицая демографии как науки. Но несколько раз это было связано с действительным непониманием ее возможностей.
Нужно понимать, что демография сегодня умеет делать достаточно четкие выводы и оправдывающиеся прогнозы. Если, скажем, демографы предсказывают, каким будет население через несколько лет и их прогноз сбывается, значит их методы достаточно эффективны. Тем более, что приводимые ниже данные получены тем самым коллективом демографов, который обнаружил подтасовки сталинской статистики, относящейся к началу тридцатых годов, когда с 1930 по 1933 год, по Сталину, население увеличилось со 160.5 миллионов до 168. На самом же деле, как было доказано, оно не выросло на 7.5 миллионов, а уменьшилось на 3. В общем, не верить демографам, но верить расчетам тенденциозных самоучек это то же самое, что не верить историкам, а верить Фоменко.
Сказанное выше означает, что достоверная информация может быть получена вторым или третьим из упомянутых методов, а еще лучше - их сочетанием. При этом естественно начать с вопроса о критериях, по которым можно дополнительно оценить достоверность результата. Что здесь можно сказать?
Воспоминания фронтовиков и очевидцев могут задать только общий настрой. Они указывают на то, что соотношение потерь не пользу советской армии, но насколько не в пользу - в 1.5, 2 или 10 раз по ним судить невозможно.
Мобилизационный потенциал СССР, найденный методами демографии, позволяет оценить правдивость информации о числе мобилизованных, что, в свою очередь, дает оценки возможного числа потерь. Население СССР в 1940 году составляло около 195 000 тысяч человек. При этом число женщин было больше половины. Диспропорция между числом мужчин и женщин в призывном возрасте была усилена репрессиями периода коллективизации и раскулачивания, и репрессиями 1937-1939 годов. При оценке мобилизационного потенциала нужно еще учесть, что:
На годы Первой мировой и гражданских войн (1914-1920 голода 1920-1922 годов приходится сильная демографическая яма, а именно мужчинам этих лет рождения исполнилось бы в 41 году 19-26 лет. Именно этот возраст составляет основу мобилизационного потенциала.
Поколение мужчин в районе верхней границы призывного возраста было сильно прорежено во время Первой мировой и гражданской войн, голода 1933 года и репрессий периода коллективизации и периода 1937-1939 годов.
Примерно 15% мужчин призывного возраста были не пригодны к несению службы по состоянию здоровья.
По этим причинам, мобилизационный потенциал в 1941 году был чуть меньше 35 000 тыс. человек, то есть составлял примерно 18% от всего населения. Кроме того, еще около 1500 тыс. человек, пригодных к несению службы, должны были достигать призывного возраста ежегодно. Итого за годы войны при поголовной мобилизации могло быть призвано в армию около 41 миллиона человек.
Источник: Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л.
"Население Советского Союза 1922-1991", Москва, 1993.
Естественно, что реально было призвано меньше. Здесь можно выделить следующий ряд причин:
От мобилизации были освобождено значительное число работников оборонных предприятий. Если деревня была выметена подчистую, то рабочих и ИТР оборонки этот процесс коснулся в гораздо меньшей степени.
К ноябрю 1941 года оказалась оккупированной часть территории, на которой проживало около 40% населения СССР. Часть мужского населения, жившего на этой территории, не была отмобилизована. В дальнейшем площадь оккупированных территорий еще увеличилась.
И, наконец, от мобилизации были освобождены некоторые нац. меньшинства, такие как немцы, финны, греки, которые не были сочтены благонадежными. Кроме того, при формировании штрафных рот из заключенных ГУЛАГ'а отнюдь не все заключенные имели шанс туда попасть, в основном, это были осужденные по уголовным статьям, что составляло меньшую часть обитателей ГУЛАГ'а.
В книге "Гриф секретности снят" число мобилизованных оценивается в 35.5 миллионов человек, из которых примерно 500 тыс. женщины. Сказанное выше подтверждает реальность этой цифры. Более того, можно только удивляться, как, с учетом приведенных выше факторов, удалось мобилизовать так много.
Численность Красной Армии в июне 1945 года, после окончания войны с Германией, и до начала войны с Японией послужит для нас следующей опорной точкой. Когда речь идет о статистике потерь, то кто-то может считать, что они искажены из политических соображений, или просто не точны из-за ошибок во время боев. Но данные о численности Красной Армии в июне 45 года свободны от таких подозрений - не было никаких ясных политических оснований для их искажения, и подсчет велся по окончании боевых действий. Поэтому можно не сомневаться в данных, которые приводятся, в частности, в книге "Гриф секретности снят" - 12839.8 тыс. человек.
Заметим теперь, что сравнение численности Красной Армии в июне 45 года вместе с общим числом мобилизованных позволяет сделать достаточно точную оценку числа потерь. Именно, из общего числа в 35 500 тыс., мобилизованных во время войны, до Победы дослужило в армии более 12 500 тыс. человек. Убыло - порядка 23 000 тыс. человек. Это число включает в себя как безвозвратные потери, так и демобилизованных по ранению, увечью и так далее. Учитывая, что во всех армиях число безвозвратных потерь было меньше, чем число инвалидов войны, заключаем, что не превышают половины от указанных 23 000 тыс. человек, то есть 11 000 - 11 500 тыс.
Общие потери. По современным оценкам, точность которых не оспаривается ни отечественными, ни зарубежными демографами, население СССР в начале 1941 года с составляло 195.4 миллиона человек, и 170.5 миллиона в начале 1946 года. То есть оно уменьшилось примерно на 25 000 тыс. человек. Анализиру составляющие этого числа, такие как рождаемость, естественную смертность, не связанную с войной, и так далее, демографы приходят к тому, что общий демографический ущерб СССР от войны составляет 27 000 тысяч человек. Заметим, что численность населения сразу перед войной и после нее найдены достаточно точно и попытка их изменить приводит к явным нестыковкам. Например, завышение численности населения перед войной практически означает отрицание или сильное преуменьшение убыли населения, вызванной голодом 1933 года, коллективизацией и раскулачиванием. Занижение численности населени в 1946 году приводит к предположению о нереально быстрых темпах роста населения после войны, противоречит распределению населения по возрастам в последующие периоды и так далее. Поэтому не подлежит сомнению и общее число демографических потерь. В принципе, если бы было возможно независимым образом установить соотношение между потерями гражданского населения и фронтовыми, задача определения потерь была бы решена. Посмотрим, что можно сказать по этому поводу?
Источники: Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л.
"Население Советского Союза 1922-1991", Москва, 1993, с. 118;
Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л.
"Демографическая история России: 1927-1959", Москва, 1998, с. 94, 107.
Соотношение общих и военных потерь Воспользуемс приведенной в книге А. Вишневского "Серп и рубль" таблицей, содержащей оценки всех потерь и военных потерь в нескольких европейских странах, территория которых была затронута военными действиями.
Автор Урланис Р. Сивард Ж. Дельма
Тип потерь Все Военные Все Военные Все Военные
Страна потери потери потери потери потери потери
СССР 20000 10000 17000 8500 26000 8600
Германия 6500 4500 6221 4750 6000 4000
Польша 5000 123 6600 600 6000 300
Югославия 1700 300 1400 400 1500 300
Франция 600 250 600 200 580 293
Источники: Urlanis B., "Guerres et population", Moscow, 1972.
Sivard R. L. "World Military and Social Expenditures", 14 ed., Washington, 1991.
Delmas J., "Une hecatombe humaine", Paris, 1994.
Найдем по этой таблице соотношение потерь гражданского населени с армейскими, забыв пока про СССР. Получаем, по разным оценкам,
Германия - от 0.3 до 0.5
Польша - от 10 до 40
Югославия - от 3.5 до 5.6
Франция - от 1 до 2
Фашисты оккупировали самые густо населенные области СССР. Отношение германской армии к населению, особенно после начала партизанской войны, было в существенно более жестоким чем во Франции. Вспомним про методы, которыми немцы боролись с партизанами в Белоруссии и на Украине, и про поголовное уничтожение евреев и цыган на оккупированных территориях. Но мирное население гибло не только на оккупированных территориях, вспомним блокадный Ленинград, бомбежки Москвы и других городов, вспомним, что бои не пощадили практически ни один из городов, через которые проходила линия фронта, вспомним, наконец, про голод в тылу. - Ясно, что рассматриваемое соотношение в СССР не могло не быть хуже чем во Франции, даже если и было лучше, чем в Югославии и Польше. Поэтому возьмем в качестве нижней границы для него 1.5 - среднюю из оценок для Франции. Подчеркнем, что мы не можем дать более строгого обоснования этой оценке, но, тем не менее, она представляетс справедливой. (Кстати, ни цифры Урланиса, ни цифры Сиварда для СССР ей не удовлетворяют, поэтому мы могли бы заключить, что они нуждаются в корректировке, даже если бы не знали более точных цифр, найденных Е.Андреевым с соавторами.)
Исходя из этого соотношения, получаем, что армейские потери СССР вряд ли могли превысить 2/5 от 27 000 тыс., то есть примерно 11 000 чел. Заметим, что эта оценка практически совпадает с оценкой, полученной нами из данных о числе мобилизованных (11000 - 11500 тыс. человек).
Итак, мы двумя независимыми способами пришли к одной и той же верхней оценке для числа потерь - 11 000 тыс. человек. Это позволяет нам отвергнуть любые источники, в которых приводятся цифры потерь, превышающие эту оценку. К примеру, можно не анализировать книгу Б. Соколова "Неизвестный Жуков: портрет без ретуши в зеркале эпохи" (Минск: Родиола-плюс, 2000. - 608 с. где "выводится" точна оценка потерь в 26.4 миллиона ± 5 миллионов (что само по себе смешно а сразу же порекомендовать автору заняться изобретением вечного двигателя или доказать теорему Ферма. Правда, эта книга представляет интерес с другой стороны - на ее примере видно, какими методами получаются подобные цифры. По ней, в частности, видно, что можно вывести из наличия ЦБД, если не делать различия между записями в банке данных и "погибшими, пропавшими без вести и умершими в плену" военнослужащими.
Подчеркнем, что полученное нами число 11 000 тыс. человек - это еще не военные потери, это - верхняя граница доверительного интервала, в котором лежит это число. Наиболее подробное исследование потерь на основе засекреченных в советское время данных численного учета было проведено коллективом военных историков и опубликовано в уже цитировавшейся книге "Гриф секретности снят". Результаты этих исследований приведены в следующих таблицах:
Таблица 1. Безвозвратные потери ВC CCCР
22.06.1941 - июнь 1945
Потери Тысяч человек
Убито и умерло от ран при санитарной эвакуации 5226.8
Умерло от ран в госпиталях
(по данным военно-медицинских учреждений) 1102.8
Итого убито при боевых действиях 6329.8
Небоевые потери – умерло от болезни, погибло в результате несчастных случаев, приговорено к расстрелу 555.5
Пропало без вести, попало в плен (по донесениям войск и органов репатриации)> 3396.4
Неучтенные потери первых месяцев войны - погибло, пропало без вести в войсках, от которых не поступило известий 1162.6
Итого потерянно 11944.1
Исключено из числа потерь:
Призвано на освобожденной территории из числа пленных или пропавших без вести 939.7
Вернулось из плена по окончании войны (по данным органов репатриации) 1836.0
Итого вернулось в строй 2775.7
Число безвозвратных потерь военнослужащих (вместе с 500 тыс человек военно обязанных) 9168.4
Из них потерь военнослужащих списочного состава 8668.4
в том числе потери пограничных войск 61.4
в том числе потери внутренних войск 97.7
Таблица 2. Число призванных в строй вооруженных сил CCCР Тысяч человек
Численность ВС на 22.06.1941 4826.9
В том числе в Западных округах 2900
Призвано до конца военных действий (без учета повторно призванных) 29774.9
в том числе женщин (из них 80 тыс. - офицеров) 570
Численность ВС к июню 1945г. 12839.8
С. Максудов отметил, что приведенные в этих таблицах данные не учитывают потери ополченцев, партизан и некоторых других категорий лиц, так или иначе принимавших участие в военных действиях. Учет этих обстоятельств его к следующей оценке числа безвозвратных потерь: 9 500 тыс. человек и и эта оценка, на сегодняшний день, представляется наиболее точной. Она хорошо укладывется в общую демографическую картину и существенное ее изменение не представляется возможным.
Источники: "Гриф секретности снят", под ред. Г.Ф. Кривошеева, М., 1993.
Г.Ф. Кривошеев. "Об итогах статистических исследований потерь Вооруженных сил СССР в Великой Отечественной войне" - в сборнике статей "Людские потери СССР в Великой Отечественной войне". СПб., 1995
Максудов С. "Потери населения СССР в годы Второй мировой войны", Население и общество, 5, 1995
В заключение хочу поблагодарить участников дискуссии в Яте и Хуке, особенно Архипа, Ротмистра, Юрия, А. Г., Бориса Горбунова и Муяковского, которые так или иначе стимулировали интерес к данной теме и указали или помогли найти часть использованных в тексте источников. Чрезвычайно полезными оказались также знакомство с книгой А. Вишневского "Серп и рубль" (М., ОГИ, 1998) и информация, найденная на сайте руководимого им Центра демографии и экологии человека.
13 февраля 2001

popov-xxx25

Борис СОКОЛОВ, профессор Российского государственного
социального университета
28.03.2005
Очень не понравилось его писание вилами на воде. когда он несколько отдельных эпизодов экстраполирует на всю войну. на негокак-то ветераны Сталинградской битвы в суд подали. За его статью в МК, кажется, посвящённую 60-летию оной.

natali22061979

по-моему господин Соколов жулик. Нехитрое дело цифирки умножать!
Если я правильно понял мысль аффтара, то он не особо парясь взял цифру потерь за месяц ноябрь непонятно какого года и умножил ее на число месяце войны! Молодец аффтар! Жжот что твой огнеметный танк Черчилль! Да, возможно я у бесконечно туп, но объясните мне бога ради, что скрывается за туманной фразой "Тогда безвозвратные потери составили 413 тыс. человек, а число раненых — 83 процента от среднемесячного за войну"? Я долго думал. Что хотел сказать негодный аффтар? Это от чего все таки 83 процента? Дайте мне среднемесячную цифру потерь ранеными за всю войну тогда что ли, чтобы я мог делать выводы. Или аффтор имел ввиду, что 17 процентов это павшие 413 тыс. человек, а вот еще раненых 83 процента! Или наоборот? Нет, я наверное просто не дорос до уровня профессора Соколова.
Ладно, будем уможать цифирки. Если я не ошибся, то война шла в общей сложности 46 месяцев (6+12+12+12+4). Стало быть 46 * 413 = 18998. Стало быть 19 миллионов человек. Наверное я все-таки не понял господина Соколова. У него вышло 22,4 миллиона.
Но даже и так, что же выходит? Аффтар считает, что темп потерь Красной Армии на протяжении войны не менялся? Если он брал цифры за ноябрь 41 года, то вообще-то была мегабитва за Москву. Чему удивляться большим потерям. Короче, лажа какая-то. Шитая белыми нитками.
Потом с офицерами. Цифрами не владею, не знаю насколько правдив презренный аффтар. Могу попытаться придумать следующий аргумент. Я читал, что потери среди офицерского состава в ходе войны в Чечне были просто огромны. Соотношения по сравнению с рядовым составом правда не знаю опять же. Происходило это по причине крайне низкой подготовленности личного состава. Поэтому на многие опасные задания приходилось идти наиболее подготовленным людям, то есть офицерам. Отсюда и потери. Не исключаю такого оборота и в годы Великой Отечественной войны. Так что тут тоже все может быть не вполне корректно.
Допускаю, что я просто не понял мысль аффтара, но он и его стиль вызвал у меня жгучее омерзение.
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: