Низкая оплата труда - главный тормоз научно-технического прогресса

Irina_Afanaseva

Низкая оплата труда - главный тормоз научно-технического прогресса
Роберт Нигматулин

(10987 bytes)
Я и многие мои коллеги в Российской академии наук считаем, что Россия в 2004 году продолжала разрушаться. Я не буду обсуждать трагедию в Беслане, взрывы в самолетах и в метро, гибель граждан в Чечне, продажу "Юганскнефтегаза", новые правила выборов губернаторов и депутатов Госдумы, монетизацию льгот, продвижение в ВТО, ратификацию Киотского протокола, внешнюю политику и т.д.
Я ставлю правительству "двойку" за три разрушительных процесса, в результате которых, по мнению Тэтчер, "Россия больна и в настоящее время, без преувеличения, умирает".
Первый. Продолжилось разрушение экономики. Руководство страны довольно ростом ВВП на 6,8%. Только за счет продажи нефти и беспрецедентного роста цен на нее ВВП вырос на 11%. Значит, вклад остальной части экономики в ВВП сократился на 4,2%. Высокая инфляция сохранилась - 11,5%. Но самое трагичное - ускоренно идет деиндустриализация страны, мы теряем производительные силы. Мы не только не строим заводы, не производим новую технику, но имеющиеся заводы продолжают простаивать и растаскиваться.
Сокращение материального производства подтверждается падением потребления нефти внутри страны. Если в 1990 г. мы потребляли 1,8 т на душу в год, то в 2004 г. 0,8 т, несмотря на рост числа автомобилей. Это следствие необратимого сокращения производства. В России добывается 3 т нефти в год на душу, но основная ее часть вывозится в виде сырой нефти (1,7 т) и нефтепродуктов (0,5 т). Кстати, в США на душу потребляется 3,5 т в год (из них только 0,7 т на легковые автомобили в Германии, Японии и Южной Корее - 2,2 т.
Правительство и Госдума, несмотря на неоднократные разъяснения ученых, не осознают, что главным двигателем рыночной экономики является покупательский спрос. Для России спрос на товары определяется зарплатами, поэтому необходимо поднять долю ВВП, идущую на оплату труда, с 25% до 50% за счет сокращения сверхдоходов богатых (5% населения). В США, Европе, Японии доля оплаты труда в ВВП составляет 60-70%.
Если учитель, врач, рабочий раз в год не могут слетать с семьей в отпуск, то отечественная авиация не нужна. Становятся ненужными наши заводы, НИИ, КБ, авиационные вузы. Из-за низкой стоимости хлеба (1 кг должен стоить не меньше стоимости 4-5 л бензина, как во всех развитых странах) сельское хозяйство разрушается, не имея возможности оплачивать технику и удобрения. А правительство думает как "недотепа" в татарско-башкирской пословице: "Телега сломается - будут дрова, бык сдохнет - будет мясо".
Власть и ее идеологи никак не поймут важную теорему рыночной экономики: "Главный инвестор рыночной экономики - сам народ, получающий сбалансированную долю ВВП в виде оплаты труда". Тогда народ способен оплачивать жизнеобеспечивающие товары и услуги по сбалансированным (покрывающим издержки производства и обеспечивающим инвестиции) ценам и создать двигатель экономики - покупательский спрос.
Низкая оплата труда не является экономией, используемой для инвестиций, как в СССР в 1930-1950-е годы и в современном Китае. В России то, что недоплачивается, проматывается на роскошь и вывозится за границу. Пора понять экономическую необходимость цивилизованного "передела" доходов (не собственности, а доходов) в пользу основной части населения с целью сбалансированности экономики, чтобы избыточные траты на роскошь обратить на развитие производства через покупательский спрос.
Для балансировки необходима налоговая система, общепринятая в цивилизованных странах: с больших доходов (тем более если они за счет природных ресурсов) налоги составляют до 40-60%, со средних - 10-20%, с маленьких - нулевые, а с богатой собственности - 3-4%. Необходим закон, по которому минимальная зарплата должна быть не меньше стоимости 300-400 кг хлеба или 1200 л бензина.
Второй процесс - разрушение российской нации. В 2004 году с прежним темпом продолжалось падение численности населения на 800-900 тыс. человек в год. У нас умирает 2,3 млн человек в год, в пересчете на 100 тыс. населения в 2 раза больше, чем в Европе и США. В 3 раза, чем в среднем по миру, у нас больше самоубийц (40 на 100 тыс. населения). Вот мнение члена-корреспондента РАН Натальи Римашевской: "То состояние, в котором сегодня находится население России, - это больше, чем тупик".
Науку привыкли винить в отсутствии инноваций. Это перекладывание с больной головы на здоровую. В большинстве отраслей умерла отраслевая наука. Советуют искать деньги для инноваций на рынке. Но на российском рынке не работают рыночные механизмы, нет платежеспособного спроса на отечественную продукцию. А за это ответственно правительство, а не профессора. Правительство никак не вникнет в теорему, повторяемую академиком Леонидом Абалкиным: "Низкая оплата труда - главный тормоз научно-технического прогресса". Надо понять и теорему академика Валерия Макарова: "Организация спроса на знания - прямая функция государства".
Третий процесс - разрушение государства, повальная сверху донизу коррупция. Материальной базой коррупции являются сверхдоходы богатых за счет природных ресурсов. Президент признал: коррупция проникла в правоохранительную и судебную системы. Суды стали независимыми, но в атмосфере взяточничества стало еще хуже.
Академик Андрей Воробьев с горечью сказал: "Беды здравоохранения - лишь часть огромной беды, в которую попала наша страна". Это же относится и к бедам науки, образования и культуры, бедам армии и т.д. Мы еще не начали выбираться из этой беды. Своей замедленной реакцией мы ее усугубляем.
Надо иметь в виду предостережение Салтыкова-Щедрина, не учтенное в свое время правящим классом России: "Я вам прямо скажу: берегитесь, господа! Как только мужик поймет, что такое внутренняя политика, всё, конец этой политике".
Мнения ученых игнорируются, но в окружении президента уже слышится беспокойство. Слышно беспокойство некоторых министров, глав регионов, беда слышна во многих телепередачах. Положение настолько вопиюще, что один из лидеров власти - мэр Москвы Лужков заявил: "Если мы будем молчать, улыбаться и стоять на задних лапках, мы принесем плохую услугу нашему государству".
Роберт Нигматулин, академик
http://www.izvestia.ru/comment/article1197411

eastbuk2

Еще одно мнение:
Как бы я осушил научное болото
Текст: Андрей Казанский. Фото: CI


Я – ведущий научный сотрудник НИИ физики СПбГУ, доктор физ.мат.наук. Профессионально занимаюсь наукой около 35 лет.
Возраст и научное положение позволили мне иметь многочисленные дружеские контакты с руководителями науки среднего звена на Западе: проректорами университетов, директорами институтов, лабораторий, зав. кафедрами – во Франции, Германии, Дании и США. Природное любопытство толкало меня на постоянные расспросы моих зарубежных друзей о структуре, достоинствах и недостатках системы управления наукой в разных странах. Подробный сравнительный анализ этих систем займет слишком много времени, поэтому тут я изложу свои выводы.
Я считаю, что основные проблемы Российской науки заложены в механизме ее функционирования на высшем уровне.
Прежде, чем изложить свои аргументы, я должен сказать, что современный интернет делает работу любого ученого совершенно прозрачной. Именно, через сайт http://go5.isiknowledge.com каждый желающий может получить информацию обо всех статьях того или иного человека, опубликованных с середины 60-х годов и о количестве ссылок (индекс цитирования) на каждую работу. Это – коммерческий сайт, но доступ к нему есть во всех крупных научных учреждениях на Западе. (Там принято заочно знакомиться с российскими учеными, если о них мало знают, через этот сайт). В России доступны компиляции данных из этой базы для российских ученых, индекс цитирования работ которых, опубликованных в течение последних 7 лет, превышает значение 100, и для ученых, индекс цитирования которых превышает значение 1000.
Для нас представляет интерес уровень тех людей, которые получают докторскую степень в России. Например, немало докторов физ.-мат. наук имеют по этой базе данных примерно полтора десятка опубликованных статей, с полным индексом цитирования около 30-40. По международным меркам это очень мало! Я знаю человека, защитившего докторскую диссертацию по 7 научным работам за 30 лет, из которых только одна имеет индекс цитирования порядка 10. И это – похоже, не рекорд. Мне рассказывали о человеке, ставшем доктором наук по двум статьям – с индексом цитирования в несколько единиц.
Станиславский бы сказал «Не верю!» Я же промолчу… Кто-то может сказать, что это – недоработка ВАК. Да нет… На военной кафедре нас учили: «ваша оценка будет складываться из вашего умения подойти к начальству». Так что с ВАК все в порядке – оттуда просто смотрят, кто как к кому подходит. А стоило бы просто заглянуть на упомянутый выше международный сайт и утвердить некоторые пороговые значения числа работ и списка цитирования – для разных областей, конечно, разные – ниже которых ни о какой защите докторской диссертации просто не может быть речи. Когда-то требование к докторским диссертациям было «соискатель создал направление и может его возглавить». То есть требование-то было сформулировано давно. Нужно лишь придать ему количественный смысл.
Да и черт бы с ними, с этими степенями… Но зачем люди стараются их получить? Самое простое объяснение: после получения звания старший научный сотрудник становится ведущим научным сотрудником, доцент – профессором.
Однако, много важнее то, что доктор наук получает более широкий доступ к управлению научной организацией.
Когда премия обычному научному сотруднику всего 1000 рублей, в администрации института бесконтрольно могут выписываться себе, любимым, премии больше 100 000 рублей. Почувствовали разницу? Между теми, кто работает и теми, кто управляет! А теперь задайте себе вопрос – захотят ли молодые люди быть крепостными? Доктора наук занимают практически пожизненные места в ученых советах, где полностью отдают себя думам об организации науки. Я знаю немало докторов наук, которые после защиты не написали практически ни одной статьи. Некоторые изнуряют себя на общественном «подприще», некоторые вообще ничего не делают – зависит от темперамента! Доктора наук становятся академиками.
Хорошо было бы составить списки всех без исключения членов-корреспондентов и действительных членов РАН с указанием числа научных работ (в реферируемых научных журналах) и полного индекса их цитирования – чтобы научное лицо каждого было бы видно всем. Нужно понять наконец, кто такие академики – выдающиеся научные работники, которые на основе своего огромного опыта и таланта выстраивают целые области науки, где они – первые среди равных, или завхозы, управляющие бюджетными деньгами. (Таких завхозов современная молодежь называет «менагерами»).
Исходя из описанных фактов и основываясь на своем опыте, почерпнутом из общения с зарубежными коллегами, осмелюсь предложить свое видение преобразований, которые могут, на мой взгляд, вывести российскую науку из состояния комы. Это – революционные преобразования, но рассчитывать на самостоятельный выход российской науки из ее нынешнего состояния могут только люди, не знающие второго начала термодинамики.
1. Необходимо строжайше обязать все научные организации бюджетного финансирования открыть в интернете однотипные сайты. На первой странице должны быть представлены все параметры института, список всех подразделений, а также отчет о работе института за последний год, включающий и финансовые аспекты. На первой странице должен быть также список научной администрации института с «подвешенными» полными анкетами на английском языке, содержащими список статей ученого, опубликованных ТОЛЬКО в рецензируемых журналах (то есть текст, который на Западе называется CV и является паспортом ученого). Каждое подразделение должно «подвесить» к своему имени отчет о работе за год, с описанием всех выполняемых грантов и их участников, и список сотрудников. К имени каждого сотрудника должен быть «подвешен» его полный СV. Существование такого сайта института должно быть необходимым условием существования института: «нет сайта – нет института». Для выполнения такой работы достаточно трех месяцев.
2. Необходимо провести полную аттестацию всех без исключения научных сотрудников, включая действительных членов РАН, член-корреспондентов РАН, директоров и заместителей директоров институтов, по крайне простому принципу. Именно, берется список опубликованных работ за последние 10 лет, для каждой работы составляется отношение импакт-индекса журнала, в котором опубликована статья, к числу соавторов. Сумма полученных чисел называется баллом сотрудника. Список всех сотрудников с полученными ими баллами вывешивается на интернет-странице института. Простота принципа аттестации является главным условием: не должно быть никаких дополнительных критериев!
Результаты аттестации должны стать единственной основой для конкурсного замещения должностей.
Опять же, дело это совсем несложное и трех месяцев тут достаточно.
3. В дальнейшем, при осуществлении конкурса, нужно постепенно выстроить пирамиду должностей (например, на одного ведущего сотрудника 3 и более старших сотрудников, на одного старшего – три и более простых сотрудника и так далее). Ясно, что нижние уровни такой структуры не будут сейчас заполнены, но соотношение работников на верхних уровнях должно строжайше выдерживаться. Число ведущих сотрудников не должно превышать 5-10% штатного числа научных сотрудников. Это должны быть реально «ведущие» сотрудники! Ведущие научные сотрудники автоматически становятся руководителями подразделений и несут полную ответственность за их функционирование. Конкурс должен осуществляться исключительно на основе аттестационных баллов. Конкурс должен проводиться по фиксированной специализации и таким образом снимается зависимость числа публикаций от области работы ученого.
Никакие ученые степени и другие заслуги квазинаучного содержания во внимание приниматься не должны.
В случае близости баллов у двух соискателей сравниваются их индексы цитирования. Через каждые 4-5 лет должен проводиться новый абсолютно объективный конкурс. Совершенно аналогично проводится конкурс на замещение всех остальных научных должностей. Для выдающихся научных сотрудников могут быть созданы позиции главных научных сотрудников, занимаемые ими без конкурса. Однако соответствующий критерий должен быть простым и однозначно сформулированным для всех работников данной отрасли науки. Например, в области физ.-мат. наук выдающимися могут быть признаны научные работники, у которых полный индекс цитирования превосходит 3000. Такая схема позволит, наконец, создать прозрачную научную структуру, когда как реально работающие, так и «специалисты по надуванию щек», будут всем видны. Пусть доктора наук работают младшими научными сотрудниками, но выполняют какую-нибудь работу.
Не исключаю, что некоторые достаточно содержательные работники немного проиграют при такой системе. Но для них должно быть не очень трудно скомпенсировать потери за счет работы на грантах. Все выиграют потому, что произойдет «осушение научного болота».
4. Институты должны управляться небольшими Учеными Советами, состоящими из всех главных и ведущих сотрудников и некоторой выборной части старших сотрудников. Они выбирают директора института из числа ведущих научных сотрудников сроком на 4-5 лет. Кроме директорских полномочий, он получает должность главного научного сотрудника и осуществляет координацию всех исследований в институте. (Примерно на таких принципах осуществляется руководство лабораториями во Франции). Директор предлагает, а Совет утверждает, финансового менеджера института, который является наемным работником и работает под полным контролем Совета.
5. Нужно увеличивать базовые оклады сотрудников, но много быстрее должны расти суммы, получаемые ими через гранты. Вопрос реорганизации системы грантов на самом деле много более трудный вопрос, нежели аттестация, и на его описании сейчас я останавливаться не стану. Скажу лишь, что система грантов не идеальна, но ничего лучшего сейчас нет. «Не имея гербовой, пишем на простой».
6. Нужно отдавать себе полный отчет в том, что существующая возрастная структура Российской науки в принципе не приемлема. Поскольку средний возраст сотрудников растет быстрее времени, через незначительное время, порядка 5 лет, число сотрудников уменьшится вдвое. Совершенно понятно, что пожилые сотрудники не способны на активные действия. Как сказал мне один очень уважаемый ученый весьма почтенного возраста, «старость ученого наступает тогда, когда он начинает считать, что его наука умрет вместе с ним». Крайне опасное, но, увы, распространенное мнение! Современный научный работник должен существенно менять тематику своих работ каждые 5 лет, а пожилые ученые склонны гальванизировать свои прежние достижения.
Итак, что нужно делать?
Прежде всего, общество должно признать, что научные работники во многом не осуществили себя из-за тех условий, в которых общество вынудило их работать.
Учитывая это, будет разумно установить им надбавку к пенсиям в размере выплаты за научную степень. То есть сделать выплату за степень пожизненной. Подчеркну особо: повышение пенсий научным работникам является первейшим условием оживления науки в России. После того, как пенсии будут повышены, необходимо ввести жесточайший возрастной ценз: точно в день достижения 65-летнего возраста любой научный работник или преподаватель увольняется с постоянной позиции. (При этом на обычную пенсию он/она выходит как все – в 55 или 60 лет.) Одновременно он/она покидает все посты в администрациях, ученых советах, советах ВАК и так далее.
Именно так происходит в Германии и Франции. Происходит совершенно неукоснительно, никакие отклонения невозможны. Это – Закон! (Впрочем, в Германии за ушедшим на пенсию профессором сохраняется кабинет и он может продолжать научную работу. Во Франции – сложнее, там это связано с государственной страховкой всех, кто работает в науке. Незастрахованные люди не могут находиться рядом с любой работающей экспериментальной установкой. Поэтому до последнего времени для сохранения места (индивидуального кабинета такой человек иметь не может ни в коем случае) в лаборатории нужно было получить специальное разрешение, которое давалось очень редко. Но даже особо выдающиеся работники, которые получают разрешение работать после выхода на пенсию, не получают никакой зарплаты, не могут принимать участия в любом руководстве, включая даже оппонирование диссертаций, хотя и могут ездить в командировки за счет лаборатории. Именно сейчас во Франции идет движение в сторону создания бесплатных(!) позиций «исследователь-доброволец», с ограничением подвижности таких сотрудников внутри лаборатории общей комнатой с установленными там компьютерами).
В России уход на пенсию ни в коем случае не должен означать резкое окончание научной деятельности.
Ушедший на пенсию человек должен иметь полную возможность получать гранты, участвовать в работе на грантах, в других формах работы по трудовому соглашению, преподавать на основе почасовой оплаты. Единственным исключением из правила автоматического увольнения по возрасту могут быть выдающиеся научные работники. Для этих ученых должны быть созданы позиции почетных научных сотрудников, с правом участия, с совещательным голосом, в работе ученого совета института. Таким образом, научный потенциал пожилых ученых останется востребованным, но все старые интриги и устаревшие представления о науке будут уничтожены. Подчеркну еще и еще раз: способные работать пожилые ученые должны получить полную возможность работать!
Верю ли я, что все это возможно?.. Увы – нет. Много более естественно выглядит сценарий, по которому группа «молодых» академиков, достигнув договора с пожилыми носителями академических мантий, создаст некий список научных тем, по которым их институты получат достаточное финансирование, а остальные институты будут или поглощены, или закрыты. Такой сценарий имел бы право на реализацию, только если бы победившие направления действительно возглавлялись активно работающими учеными мирового уровня, а не администраторами. Сейчас это едва ли возможно. Последствия таких действий, впрочем, будут заметны не сразу. Но российская наука от этого проиграет окончательно, поскольку, я уверен, что, видя такое развитие событий, молодые способные люди просто уедут. Активно работающим группам нужны не «менагеры», а «генераторы идей». На Западе же, по моим наблюдениям, постепенно начинает ощущаться нехватка активных молодых ученых. Там они имеют несравнимо большую, нежели в России, возможность самореализации. Так что – я пессимист.
И пишу все это с одной надеждой – вызвать дискуссию среди рядовых научных работников, без которой нельзя вскрыть действительно болезненные стороны нашей научной действительности.
Хочу подчеркнуть, что в приведенном выше тексте много числовых параметров. Я ни в коем случае не настаиваю на приведенных численных значениях, но считаю, что без фиксирования этих параметров любые проекты неплодотворны и могут быть легко «утоплены» при их реализации.
11 ФЕВРАЛЯ 2005

Kolian25

Руководство страны довольно ростом ВВП на 6,8%. Только за счет продажи нефти и беспрецедентного роста цен на нее ВВП вырос на 11%. Значит, вклад остальной части экономики в ВВП сократился на 4,2%.
Т.е. автор хочет сказать, что доходы от продажи нефти в 2004 г. на 11% превысили весь ВВП России 2003 г.?
Кстати личность Нигматуллина-академика довольно неоднозначна:
"...комиссия по лженауке занимается "доморощенными" лжеучёными. Что, между прочим, вполне разумно. Хотя, в России тоже есть свой Флейшман-Понс, а, именно, академик РАН по отделению механики Роберт Искандерович Нигматуллин (г. Уфа, до недавнего времени - президент АН Республики Башортостан "получивший" классический (температурный) термояд из пузырьков тяжёлого ацетона, облучённого потоком нейтронов для возбуждения сонолюминисценции. Был ли наш Флейшман-Понс удостоен рассмотрению на гинзбурговской комиссии, мне неизвестно." (Отсюда)

Rozarioagro

Что такое индек цитирования?

vitamin8808

Количество ссылок на данную работу или работы данного человека.
У наших, понятно, меньше, ибо буржуи русских журналов не читают да и нафига этот индекс
русским поднимать, если можно друг на дружку ссылаться. У них тут мафия та ещё, имхо. Ссылаются друг
на друга будь здоров.

Cepy

Т.е. автор хочет сказать, что доходы от продажи нефти в 2004 г. на 11% превысили весь ВВП России 2003 г.?
Или ты просто прикалываешься, или что-то у тебя с логикой. Автор хочет сказать, что доходы от продажи нефти составляют 11% от ВВП 2003 года.
ВВП увеличился на 6,8%. Эти 6,8 складываются из 11, которые нефть и -4,2 которые остальная экономика. Не понимаю, что в его фразе смешного.

nazinser

__________________________________
Тебе полезно пообщаться с лордом. Эти англичане, они как мафиози, у них полно связей.
Т. Яновиц

JOKER19890727

личность Нигматуллина-академика довольно неоднозначна
Бред из бредового источника.
Нигматуллин - блестящий учёный. С его работами по поводу термояда я, в отличие от вас, знаком, и не согласен с такой оценкой.

stat52349

Именно, берется список опубликованных работ за последние 10 лет, для каждой работы составляется отношение импакт-индекса журнала, в котором опубликована статья, к числу соавторов. Сумма полученных чисел называется баллом сотрудника.
Ахуеть. При такой схеме наибольшие баллы наберут одни медики и биохимики. Импакт-факторы их журналов на порядки превышают все остальное. Явная дискриминация. Думаю "крутость" ученых, занимающихся перспективными направлениеми, (в баллах не должна быть априори выше - теряется желание развивать новое в других областях науки.

zuzaka

именно в этом отличие приоритетных направлений, не находишь?

stat52349

Прекрасно. Может тогда прямо сейчас оставим свои дела и все кинемся в биохимию? А еще лучше бросим науку и пойдем в бизнес? Экономика требует минимизации "уcловных издержек".
ЗЫ А для стимула я бы порекомендовал назначить зарплату каждому сотруднику пропорционально количеству набранных им баллов

zuzaka

может, ты смеешься, но именно так дело и обстоит. Более того, так оно и обстояло как минимум последние 100 лет во всех странах, где наука хоть как-то развивалась, и во всех дисциплинах.

nikifor84

из 5 российских ученых нужно уволить
Текст: Буздик. Иллюстрация: CI
Меня поражает, что многие мечтатели с учеными степенями, требуя 5--10--20-кратного увеличения содержания себя, любимых, не в состоянии просто взглянуть на цифры. А взглянув – протрезветь.
В качестве самостоятельной статьи мы публикуем отклик одного из наших постоянных читателей на заметку Александра Франка "Ученый - профессия на грани унижения" – ред.
Весь бюджет России в 2005 г. – 2 триллиона 916 миллиардов рублей. Из них на "гражданскую" (фундаментальную, вузовскую и отраслевую) науку отдается 56 млрд, или 1,92%. Кстати, это больше чем 1,7% в 2004 г.
Хорошо это или плохо? Это абсолютно нормально! Почти все развитые страны мира тратят на гражданскую науку от полутора до двух с чем-то процентов. Может, страны, пытающиеся сделать рывок, тратят гораздо больше? Пожалуйста: Индия – 1,2% от бюджета, Бразилия – 0,91%, Китай – 0,69%. Одним словом, кончайте поносить "антинаучное" российское правительство, ставя им в пример, скажем, китайцев. Оно дает на науку ровно столько денег, сколько давать разумно.
Или поносите тогда заодно и все остальные правительства мира, ни одно из которых (кроме советского) еще не осенила идея давать вместо 2% эдак 10–20–40%.
Потому что это огромный дисбаланс, а всякая несбалансированная система по определению неустойчива. И пример СССР, к сожалению, наиболее ярок: непомерные вложения во всякие боеголовки, космос, "МиГи", "Бураны" и прочий "хай-тек" привели не ко всеобщему счастью, а, образно говоря, к тому, что закончилась колбаса, а вместе с ней и само государство с его гипертрофированной наукой.
Расхваливание тут перекоса в науку и оборонку, заложенного в 40-50-х годах, – это отказ от признания причинно-следственной связи того перекоса и последовавшего через три десятка лет полного коллапса и закономерного нынешнего убогого состояния науки. Все должно быть в меру! И нынешние 1,9% как раз и выглядят как эта мера.
Разобравшись с мифом о недодающем на науку государстве, можно перейти и к системе распределения тех 56 млрд рублей , что реально есть.
Не знаю, почему у автора вызвал такие сложности поиск информации о бюджете РФФИ. Вот, пожалуйста, линк с главной страницы РФФИ на http://www.rffi.ru/default.asp?doc_id=20049, где и узнаем, что РФФИ в 2004 г. раздал 2,4 млрд, а в 2005 раздаст 3,36 млрд, или около 6% от общих расходов на науку. Для сравнения: бюджет РАН – 11 млрд. Из которых, кстати, больше 4 млрд – только Сибирскому отделению РАН (это к вопросу о прозвучавшем здесь обвинении в прижимании "немосквичей").
Я не буду здесь вдаваться в дискуссию о том, как лучше делить деньги – через РФФИ, или РАН, или что-то еще. Просто физики должны знать о законах сохранения: как ни дели около 15–20 млрд денег на фундаментальную науку (остальная часть от 56 млрд идет в вузы и отраслевые гражданские НИИ) – так вот, как ни дели между собой 15–20, а все равно дополнительно ни 30, ни 60 из этого не получится. Откуда тогда возьмется это 10-20-кратное увеличение грантов РФФИ при сохранении того же количества этих грантов?
Конечно, Стабилизационный фонд очень дразнит чье-то воображение, и очень хочется из него поиметь. А вот о последствиях создания очередного дисбаланса в экономическом организме общества при этом думать совсем не хочется, история ни чему не учит.
Теперь еще одно математическое упражнение.
Вполне разумно предлагается платить научному сотруднику по крайней мере 500 долларов в месяц. А о чем умалчивается? 500 в месяц – это 6000 в год. Умножим это хотя бы на 2, чтобы и на само занятие наукой хватило (фонд заработной платы в том же РАН сейчас – чуть менее половины бюджета добавим чуть-чуть на более высокую зарплату более "остепененным" и получим, что на одного сотрудника финансирование должно быть не менее $15 тыс. в год. А всего денег – 2 млрд долларов (т. е. 56 млрд рублей и сильно больше никто не даст (потому что государством, я надеюсь, все же не лунатики управляют, сколько бы ученым-мечтателям этого ни хотелось).
Получается, что содержать можно около 130 тыс. ученых (и это я еще забыл про предлагаемую в статье раздачу квартир).
По разным оценкам, сейчас ученых в России – около 800 тыс. Так и будем дальше пенять, что зарплата в пять раз меньше желаемой?
Можно никому больно не делать и продолжать содержать приют для обездоленных в НИИ, жаловаться на унизительный статус ученого и ждать от государства манны небесной.
А можно сделать больно, сказав четырем из пяти сотрудников "до свидания", но получить взамен что-то жизнеспособное.
И я совсем не согласен с Prohozhij, что нынешний "естественный отбор" лучше целенаправленной политики сокращения. Потому что при таком пущенном на самотек отборе в его нынешнем виде выживают отнюдь не лучшие (эти либо уже за бугром, либо нашли себе достойное применение вне науки а те, кому больше и податься особо то ли некуда, то ли не хочется.
Выживают отнюдь не жизнеспособные школы – остаются сплошь пенсионеры.
В жизнеспособной школе должны быть и мастодонты, и молодежь. А нынешний самотек только и ведет к школам из одних мастодонтов, которые или уже накрылись, или вот-вот накроются по естественным причинам. См. выше про дисбаланс.
Пусть лучше научных мест будет мало, но хороших, желанных, и потому с реальным конкурсом. Любая вакансия в американском университете привлекает от нескольких десятков до нескольких сотен квалифицированных желающих всех подходящих возрастов. А в российской науке очередь из желающих только в академию наук да в директора институтов стоит. И причина отнюдь не в недофинансировании государством, а в нерешительности, грубо говоря, объявить банкротство, сократить штаты и начать реструктуризацию.
Увы, доставшаяся нам с советских времен наука сильно напоминает большой, раздувшийся и болезненный флюс. Который, как известно, лечится удалением зуба, а не заклинаниями о том, как жалко этот флюс терять.
15 ФЕВРАЛЯ 2005

zuzaka

Со статьей я согласен. А вот ее заголовок напомнил анекдот (говорят, он даже имел место в действительности):
Сталин: - Тов. Берия, как там наши ученые?
Б: - Да раздолбаи. Десять процентов работают, остальные фигней страдают.
С: - Так расстрелять эти 90%!
Б: - Да можно расстрелять, только соотношение сохранится.

stat52349

Хорошо. Пусть так будет и у нас

zuzaka

так и у нас (в смысле, в СССР) было то же самое.

stat52349

Что то же самое?
Была схема заказчик - рабочий. Государство платило деньги - оно же заказывало музыку. Цель оправдывала средства, огромные средства. Ну и, разумеется, был огромный штат фундаментальщиков, кормившийся крошками с барского стола. Вот и все.

zuzaka

ну. Чем это отличается? Где кто-то авторитетный сказал копать, там и копают.

stat52349

Тогда и нынешняя ситуация ничем не отличается
Академики не были бы академиками, если бы не гребли деньги под исследования в своих институтах.

zuzaka

ну да я о том и говорю

Kraft1

И пример СССР, к сожалению, наиболее ярок: непомерные вложения во всякие боеголовки, космос, "МиГи", "Бураны" и прочий "хай-тек" привели не ко всеобщему счастью, а, образно говоря, к тому, что закончилась колбаса, а вместе с ней и само государство с его гипертрофированной наукой.
Яркий пример хуйни в пропаганде (см. соседний тред) - непомерные вложения в производство колбасы привели бы к тому же результату.

Cepy

Непомерные вложения во что угодно приводят к таким результатам.
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: