Novy polsky president

79lu

От солидарности к социальности
В борьбе с пережитками номенклатурно-коммунистического прошлого поляки сделали ставку на сильную президентскую власть
Владимир Скрипов
На президентских выборах 23 октября Польша вновь повторила свой выбор, сделанный месяц тому назад, когда избирала Сейм: в дилемме "либерализм-солидарность" предпочла второе. Новым президентом страны стал лидер партии "Право и справедливость" Лех Качиньский, сделавший "солидарность" ключевым лозунгом своей кампании. Поляки и на этот раз опровергли прогнозы и проголосовали совсем не так, как вещали опросы. Лех Качиньский победил Дональда Туска с разрывом в 9 пунктов, хотя за несколько дней до выборов его соперник был впереди на целых 12 пунктов. Точно так же неожиданно и в последний момент поляки отдали предпочтение "Праву и справедливости" братьев Качиньских, а ведь несколько месяцев по всем рейтингам уверенно лидировала "Гражданская платформа". Столь резкую перемену настроений в интервью газете Rzeczpospolita триумфатор объяснил ангажированностью социологов и заявил, что такого рода исследования должны проводить не частные агентства, а государственные.
Девять очков - это серьезный отрыв, но все равно он раскалывает общество почти на равные доли. А значит есть проблема их соединения. Объединять страну придется двум партиям-конкурентам и двум вчерашним соперникам. Однако по праву победителя диктовать условия будет Лех Качиньский, точнее - братья Качиньские.
Альтернативщики
Из чего и из кого выбирала Польша? Для этого нужно вспомнить, как возникла нынешняя плеяда политиков в лице "Гражданской платформы" и "Права и справедливости". Дональду Туску объявил о своей поддержке Лех Валенса, а Леху Качиньскому - лидер "Избирательной акции "Солидарность"" Мариан Краклевский, что, видимо, должно было демонстрировать некую политическую преемственность. Но обе партии, возникшие почти одновременно в 2001 году, заявили о себе, скорее, не на основе преемственности, а на отрицании "Солидарности" образца 90-х. Они усиленно декларируют новый курс, новую политику, альтернативную не только "коррумпированной левице", но и "выродившемуся" консервативному правому флангу, из которого ушли и собрались заново "свежие силы".
Вспомним 2000 год. Страна готовится к парламентским выборам, где левые, окрепшие в 1997 году с избранием в президенты Александра Квасьневского, намерены взять реванш - сесть в правительстве. Во главе его находятся правые, которых поддерживает коалиция "Избирательной акции "Солидарности"" и Унии свободы, этакой респектабельной буржуазной, похожей на клуб интеллектуалов, партии отца польских рыночных реформ в ее шоковом варианте Лешека Бальцеровича и сменившего его затем экс-министра иностранных дел Бронислава Геремека.
Казалось бы, правым следовало сплотить ряды. Об этом и шла речь на съезде Унии в конце 2000 года. Вроде бы и роли распределили. Да не тут то было - вместо консолидации начался раздрай и выяснение отношений. Из "Солидарности" уходят маршал Сейма Мацей Плажиньский и тогдашний премьер Ежи Бузек , в Унии хлопает дверью Туск. И все они говорят о том, что, дескать, обе организации изжили себя. Требуется альтернатива. Их и прозвали тогда альтернативщиками.
Они обещают, прежде всего, покончить с пережитками номенклатурного прошлого, как в его прокоммунистических формах, так и в новых - либерально-академических (времен Бальцеровича). Именно на этой почве возникают призывы покончить с коррупцией и оргпреступностью, что на личном примере особенно наглядно демонстрировал Лех Качиньский на посту министра юстиции и генпрокурора в 2000-2001 годах. Он продолжил в таком же духе и на посту мэра Варшавы, требуя очистить авгиевы конюшни бюрократии - сократить административный аппарат, расширить масштабы люстрации и декоммунизации. При этом опереться на католическую ортодоксальность - возвратиться к неким культурно-историческим устоям: запретить аборты, гомосексуализм, эвтаназию и тому подобное.
Наконец, и Качиньский, и Туск состязались в патриотической риторике - призывали в той или иной мере возродить Великую Польшу, которая должна играть особую роль в треугольнике между Адриатикой, Балтикой и Черным морем (отсюда заинтересованность Польши во вступлении в ЕС Хорватии). Быть столпом и защитником интересов новых стран ЕС в НАТО. Именно в этих вопросах есть основа для сближения двух партий.
В остальных - сплошные отличия. Лидеры партий расходятся в рецептах вывода Польши из глубокого экономического застоя с ее рекордной по европейским меркам 20%-й безработицей и громоздким и неэффективным, занимающим до 16% ВВП, аграрным сектором. Туск ратует за либеральные реформы, направленные на создание новых рабочих мест, за единую ставку подоходного налога в 15%, призывает к снижению социальных расходов и быстрому переходу со злотого на евро. За это голосовали молодые и образованные, предприимчивые и состоявшиеся.
В устах Леха слово "либеральный" звучит как ругательное. Первым делом он намеревается отправить в отставку с поста главы Центробанка Лешека Бальцеровича, который у поляков имеет такой же имидж, как Чубайс у россиян. Ключевое слово кампании Качиньского - "солидарность", которое польские политологи часто заменяют более понятным термином "социальность". Речь идет о стремлении усилить патерналистскую роль государства, защитить слабых и обездоленных, жителей глубинок и малых городов с их гнетущей безработицей и безысходностью, с мелкотоварным сельским хозяйством. Наконец, Польша выбирала еще и имидж. На предвыборных плакатах Туск апеллировал к чести, называя себя "человеком с принципами", а в своей риторике ключевым словом сделал dumny - гордый. Качиньский на своих плакатах провозгласил: "Silny prezydent, uczciwa Polska" (Сильный президент, честная Польша).
Большая чистка
В избирательную кампанию Лех Качиньский вломился с амбициями, которые должны были произвести сильное впечатление на страну. Он апеллировал к настроениям своего рода Веймарской республики, которые политики новой волны чутко уловили.
Прежде всего это выразилось во вспенивании чувств национального достоинства, возрождении величия и вековых традиций Великой Польши. Явно подражая французам, Качиньский объявил о закате Третьей Речи Посполитой и рождении новой Республики, отцом которой должен стать он сам. Свои намерения претендент изложил высокопарным языком в Избирательной декларации, обнародованной накануне парламентских выборов - 28 августа. Ради достижения столь амбициозных целей Качиньский предложил ни много ни мало - конституционную реформу, результатом которой должно стать усиление президентской власти. По сути, речь идет о превращении страны из парламентской республики в президентскую. На практике это означает, что президенту должны быть вручены особые полномочия по изданию указов, равносильных законам. Именно на выполнение этой задачи он бросит все свои ресурсы.
Для начала - нация, как видится ему, должна ощутить прилив могучей энергии, ведь Качиньский обещает внести в Сейм пять новых законопроектов. А именно: закон, ослабляющий внешнюю энергозависимость; закон, защищающий трудовые права граждан (будут даны большие полномочия Трудовой инспекции); несколько дополнительных статей в Уголовный кодекс, которые были отклонены Квасьневским; закон о защите детей из малоимущих семей, и, наконец, самое главное - о создании Комиссии права и справедливости. Эта организация - своего рода инквизиция, которая, получив доступ к самым секретным архивам, призвана довести до конца расследование всех крупнейших афер эпохи Третьей Речи Посполитой. С помощью ее очистительной работы - а в комиссию планируется привлечь лучших специалистов в области управления и праксеологии (наука о труде) - Качиньский обещает создать высокоэффективные управленческие структуры. Его идеей фикс является принятие некоего Общественного соглашения - акта, в котором были бы перечислены обязательства государства перед различными общественными группами.
Напомним, что Качиньский был одним из тех, кто поддержал появление "списка Вильдштейна". Речь идет о краже ценного документа, которая произошла в начале этого года. Путем взлома сети из Института национальной памяти был украден список более 240 тыс. поляков, в свое время сотрудничавших с органами госбезопасности. Список был немедленно опубликован публицистом из Rzeczpospolita Брониславом Вильдштейном и буквально взорвал страну - в Польше началась форменная "охота на ведьм". Общественная реакция на скандал была неоднозначна. По мнению Леха, винить в этом нужно не журналистов, а бывшие польские правительства, которые проявили нерешительность в организации процесса люстрации, в то время как надо было подвергнуть ей всех доносчиков, засекретив лишь офицеров контрразведки. Лидеры "Права и справедливости" в ходе избирательной кампании не раз обещали довести процесс люстрации до логического конца. Сейчас им такая возможность предоставлена.
Война с центром
В отличие от Туска, весьма умеренного в своем консерватизме, Качиньский ищет опору в костеле, и потому в первом из 12 "Тезисов о Конституции" говорится о христианском характере государства. Недаром личную поддержку он нашел на католическом "Радио Мария" в лице известного ортодоксального проповедника Тадеуша Ридзика. Сильный президент, для которого образцом является отец Второй Республики Юзеф Пилсудский, естественно, и Четвертую Республику видит Великой, претендуя как минимум на особую роль Польши в ЕС - защитника интересов стран Восточной и Центральной Европы против диктата старожилов в лице Германии и Франции.
Неприязнь к заправилам ЕС, особенно - к Германии, в Польше, где все еще не изжито эхо минувшей войны, которая унесла 6 млн жизней, ложится на благоприятную почву. Ее подогрели недавние выяснения отношений с Берлином в связи с заявлениями баварского "Союза изгнанных" (Bund der Vertriebenen). Дело в том, что баварцы попытались защитить права немцев, интернированных после Второй мировой войны с территории Польши (северные районы страны, Гданьск) и Чехии (Судеты и пригрозили передать в Европейский суд по правам человека иски 79 соотечественников. Эти люди хотели бы вернуть свою собственность на территории Польши и Чехии.
В ответ польский Сейм немедленно (сентябрь 2004 года) принял резолюцию по вопросу возмещения Германией ущерба от военных действий 1939-1945 годов. И уже в ноябре группа экспертов предъявила иск, в котором только материальный ущерб, нанесенный фашистами Варшаве, оценивается в 45,3 млрд долларов. Качиньский лично заявил тогда, что если в немецких судах начнется рассмотрение дел против поляков, связанных с компенсациями ущерба, нанесенного ими во время Второй мировой войны, "мы начнем действия, связанные с подобными процессами против немцев". Поскольку Польша получила по итогам Потсдамской конференции 104 тыс. кв. км германской территории и добровольно отказалась от материальных репараций, даже этот отказ подается сегодня как решение, принятое под давлением СССР.
Не способствует сближению с Германией и ее поддержка строительства Северо-Балтийского газопровода, который лишает Польшу огромных прибылей от транзита российской нефти в Европу. Польша, как и страны Прибалтики, восприняла это решение до неприличия нервно - обвинила Москву и Берлин в "закулисном сговоре", направленном на подрыв ее экономики.
В этом противостоянии Качиньские намерены опираться на Вашингтон. Хотя отношение к Америке у них неоднозначное. Достаточно вспомнить, как реагировал Лех на ужесточение пограничного контроля в январе прошлого года при въезде в США, демонстративно отказавшись от приглашений на встречу с мэрами Нью-Йорка и Чикаго. Что касается отношений с Россией, то известно немало весьма враждебных высказываний Качиньских в ее адрес. "Действуя в качестве одного из шести крупнейших государств Евросоюза, мы... до конца размонтируем советскую империю и таким образом сильно отодвинем от себя потенциальную российскую угрозу", - заявил Ярослав в одном из своих предвыборных интервью. Туск выражался куда сдержаннее: "Мы должны понять, что объятия с президентом России и ссылки на общие корни ничего нам не дадут. Но очевидно, что не нужно россиян и провоцировать без необходимости. Наше присутствие в Украине во время оранжевой революции - да. Наше лоббирование и помощь балтийским странам и демократической оппозиции в Белоруссии - да. Площадь Дудаева в Варшаве - не обязательно".
Яйца "гданьского гнезда"
О новом президенте Польши невозможно рассказывать в отрыве от личности его брата-близнеца Ярослава. Братья (1949 года рождения) прославились уже в 12 лет, когда сыграли близнецов в фильме "О двоих, укравших Луну" (1962 год ставшем классикой польского детского кино. Невысокие, с мягкими чертами лица, этакие улыбчивые колобки, близнецы настолько похожи друг на друга, что их путают даже друзья. Единственное заметное отличие - родимое пятно на щеке у Леха. Поскольку это сходство вызывает не только добродушные, но и злые шутки, они стараются не появляться на публике вдвоем - особенно после того, как Лех начал занимать солидные государственные посты.
Местные обозреватели замечают, что хотя братья и однояйцовые, функцию старшего брата закрепил за собой Ярослав. Он все время берет на себя заботы о создании прочного тыла, выталкивая на публичную арену Леха - создает и руководит партией, генерирует идеи и решает кадровые вопросы. Последний его жест в этом русле - отказ от поста премьера в пользу Казимежа Марцинкевича после победы на выборах в Сейм. Ярослав объяснил этот жест желанием не навредить Леху на пути в президенты. О характере этих отношений свидетельствует и такая зарисовка: "Пан председатель! Докладываю, что задание выполнено", - сообщил Лех брату, узнав о своей победе.
Хотя братья родились в Варшаве, их политическая карьера была свита в "гданьском гнезде". Именно здесь они начали ее, оказавшись в близком окружении у Леха Валенсы. Лех Качиньский был и его советником, и главой Бюро национальной безопасности при канцелярии президента, и председателем Высшей контрольной палаты. Ярослав с 1990 года в качестве главного редактора еженедельника "Солидарности" шельмовал многочисленных оппонентов и конкурентов Валенсы. Не тогда ли братья, которых сам Валенса называет "интриганами", заразились от него волей к сильной власти?
Двойная победа на выборах (парламентских и президентских) стала их звездным часом. Роль сильного президента досталась Леху, в то время как Ярослав предпочел остаться в тени. Похоже, что социально-экономическая конкретика, как и вообще исполнительная власть, их не сильно интересует. Поэтому преодолевать противоречия между членами коалиции придется 45-летнему Казимежу Марцинкевичу, официально утвержденному 19 октября президентом Квасьневским на место отправленного в отставку Марека Бельки. Мнения о нем весьма противоречивые. Ярослав Качиньский назвал его "главным экономистом" партии. Некоторые считают бывшего физика и председателя парламентской комиссии по финансам убежденным экономистом-рыночником, обладающим недюжинной работоспособностью. Другие откровенно иронизируют, анализируя его послужной список - работу в кабинете Ханны Сухоцкой (1992-1993 годы) в качестве замминистра образования (он прославился борьбой с введением в школах полового воспитания) и в качестве руководителя кабинета Ежи Бузека (1999-2000 годы).
Впрочем, с этой точки зрения Ярослав и вовсе пустышка, не имеющий никакого практического опыта работы в госучреждениях. Это дает основания говорить, что Марцинкевич поставлен надолго. Во всяком случае, сам он воспринял назначение всерьез. И уже успел выступить с зубодробительной критикой еще действующего премьера Марека Бельки и парламентариев левого большинства, под занавес принявших застойный, по его мнению, бюджет на следующий год. В главном финансовом документе страны, считает Марцинкевич, заложены слишком слабый экономический рост и недостаточное снижение уровня безработицы. Именно ему приписывается проект сокращения госаппарата с передачей сэкономленных за счет этого 4-5 млрд. злотых ежегодно на строительство квартир.
Если это всерьез, то возможности сторон договориться выглядят не столь уж и нереальными. Ведь Качиньские так же декларируют необходимость сокрушить безработицу и снизить налоги, как и Туск. А это противоречит курсу на выполнение популистских обещаний повысить пенсии и пособия. Сама логика реального управления заставит их принимать либеральные меры - тем более, что нет лучшего способа нейтрализации политического соперника, чем работа на его поляне. Похоже, братья решили отдать проигравшему Туску место спикера Сейма. Тем более что власть из парламента будет утекать. С точки зрения Леха, это, безусловно, почетная ссылка, поскольку спикерство и без конституционной реформы ослабляет политическое влияние соперника - его погрузят в канцелярскую работу и наделят статусом "надпартийного" лидера.
Гремучая смесь
Итак, отвергнув "левицу", Польша качнулась в сторону сильной власти, обещающей порядок и справедливость. Поляки бросили вызов социализму, который представлен деятелями старой формации, связанными с бывшей коммунистической номенклатурой. Новая волна польских политиков уловила этот общественный запрос и предложила репрессивные меры в виде ужесточения люстрации и вычищения госаппарата от коррумпированных чиновников. Во внешней политике - еще более амбициозные установки на особую роль Польши. Однако гремучая смесь из патриотических и католических ценностей взорвалась мощными просоциалистическими настроениями иного рода. Острота противоречия между отрицанием социализма и возвращением к его принципам хорошо выражена в плакате, который вывесили молодые активисты Платформы в Познани : Na Kaczke glosujesz, do tylu wioslujesz (За Качика голосуешь, гребешь назад).
Если исходить из теории циклического развития рыночного государства, то рецепты Туска для сегодняшней ситуации в Польше более приемлемы, чем декларативные намерения Качиньских. Отчасти братья это осознают, что создает определенную перспективу для компромиссов и взаимопонимания - особенно после того, как стихнут предвыборные страсти и начнется проза управления государством из "одной лодки". Вопрос лишь в том, смогут ли столь амбициозные и темпераментные политики отказаться от популистских обещаний, данных в угаре предвыборной борьбы. Как показывает украинский опыт, новая власть быстро теряет очки, когда начинает заниматься исключительно разборками со своими политическими оппонентами и погружается в громкие скандалы прошлых лет. Судить ее будут не по количеству посаженных чиновников, а по уровню благосостояния граждан. Скандальными уголовными делами и люстрационными шоу можно некоторое время развлекать жаждущую справедливости публику. Но экономика все быстро расставит на свои места.

sever576

Да, Качинский производит впечатление агрессивного политика. Он начал жестко отстаивать интересы Польши как он понимает, несмотря даже на необоснованность своей позиции. И в чем то у него следует поучиться.
Прежде всего это выразилось во вспенивании чувств национального достоинства, возрождении величия и вековых традиций Великой Польши. Явно подражая французам, Качиньский объявил о закате Третьей Речи Посполитой и рождении новой Республики
ерунда? но никто пока его не обвинил его в великопольском шовинизме, а ведь оснований для этого очень много, в том числе и у России.
обещает внести в Сейм пять новых законопроектов. А именно: закон, ослабляющий внешнюю энергозависимость...
обратите внимание, Польш, не имеющая собственных энергетических источников собирается принимать закон, направленный на защиту ее интересов в энергетической сфере. За чей счет это будет происходить? Я знаю только одного крупного поставщика энергоресурсов в эту страну, это Россия. Почему бы нам не принять в свою очередь закон, направленный на защиту прав России как энергоэкспортера?
Дело в том, что баварцы попытались защитить права немцев, интернированных после Второй мировой войны с территории Польши (северные районы страны, Гданьск) и Чехии (Судеты и пригрозили передать в Европейский суд по правам человека иски 79 соотечественников. Эти люди хотели бы вернуть свою собственность на территории Польши и Чехии. В ответ польский Сейм немедленно (сентябрь 2004 года) принял резолюцию по вопросу возмещения Германией ущерба от военных действий 1939-1945 годов. И уже в ноябре группа экспертов предъявила иск, в котором только материальный ущерб, нанесенный фашистами Варшаве, оценивается в 45,3 млрд долларов. Качиньский лично заявил тогда, что если в немецких судах начнется рассмотрение дел против поляков, связанных с компенсациями ущерба, нанесенного ими во время Второй мировой войны, "мы начнем действия, связанные с подобными процессами против немцев".
Вот пример как люди реагирую на посягательства соседних государств, при том что Германия гораздо больше значит в Европе, чем какая-то Польша. Не пора ли перенимать опыт?

dimas922

Польш, не имеющая собственных энергетических источников
про силезский угольный бассейн слыхал?

sever576

там еще и газ с нефтью добывают?
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: