чОрная Кофя

chajkak

Интересная статья о чистоте русского языка и нормах орфографии в социально-культурном контексте:
 
Не уверен, что обрадую вас, но некоторые новые словари признают, что “кофе” может быть среднего рода. То есть мужского, конечно, прежде всего, но и средний род тоже допускается.
Существуют две стандартные реакции на эту новость (естественно, у тех, кто понимает, о чем речь).
Первая. Как вы (лингвисты) посмели! Никогда, слышите, никогда я не скажу “черное кофе”! Кофе может быть только черный!
Вторая. А мне, собственно, наплевать. Я сам всегда так говорю, и никакие словари мне не указ.
Первые (“консерваторы”) недовольны лингвистами, потому что те недостаточно консервативны и сдают позиции. Вторые (“либералы”) вообще не понимают, зачем нужны лингвисты. Но речь не об отношении к лингвистам, а об отношении к норме. Первые считают, что норма — это святое (а лингвисты своего рода хранители, порой, правда, никудышные вторые — что норма вообще никому не нужна, а как язык сам развивается, так и ладно.
Понятно, что это полярные точки зрения, а правда, как всегда, где-то посередине, и все-таки… Зачем нужна норма? Может ли она измениться?
Норма — это то, что нас объединяет и разъединяет одновременно. Разъединяет, потому что ранжирует людей по владению этой нормой, создает своего рода культурную, да и — что греха таить — социальную иерархию. Грубо говоря, люди делятся на тех, кто говорит правильнее или неправильнее, грамотнее или неграмотнее, и говорить грамотно в стабильном обществе престижно. Объединяет, потому что именно благодаря норме существует единый русский литературный язык. Норма создает общество говорящих по-русски, которое включает даже тех, кто говорит неправильно. Уберите норму, и вместо вариантов одного языка (правильного и неправильного) вы получите два равноправных, но разных языка. Уберите норму, и постепенно язык распадется на множество разных языков. Их зачатками являются сегодняшние диалекты и жаргоны, объединенные как раз наличием литературного языка и нормы.
К счастью или к несчастью, но на нас с вами в последние 20 лет был поставлен эксперимент по расшатыванию нормы, иногда, кстати, сознательному. И, возможно, многие почувствовали начало распада, причем самая главная трещина начала образовываться между языком разных поколений. Именно поэтому идея защиты языка стала столь популярной. Требование защиты, по существу, означает требование следить за нормой.
И все же любая норма меняется. Это видно, например, когда мы смотрим старые фильмы. В “Свадьбе” Вера Марецкая в роли Змеюкиной жеманно говорит кавалеру: “Махайте на меня, махайте”. Просторечная и неправильная форма глагола (вместо “машите”) создает комический эффект несоответствия “светского образа” и реальности. Но сегодня эта форма также признается допустимой, и языкового несоответствия современный зритель не чувствует, остается только игра актрисы.
Роль лингвиста и заключается в том, чтобы следить за тем, когда пора менять норму. Скажем, в течение ХХ в. в слове “кулинария” ударение сдвинулось с “а” на следующий слог, именно так говорит подавляющее большинство, и нелепо выглядело бы цепляние за старую норму. Я сам был очень рад, когда увидел словарь, допускающий ударение “фольг?”, просто потому что не видел ни одного живого человека, следующего рекомендуемому обычно “ф?льга”.
Не удержусь и расскажу старую историю. Однажды в телефонной службе русского языка, а такая существует уже много лет, попросили подежурить одного очень известного академика, и к тому же начальника, чтобы отвечать на звонки. Он согласился и отнесся к делу чрезвычайно ответственно. Однако назавтра на службу обрушился шквал возмущенных звонков с требованием больше никогда не сажать у телефона того вчерашнего идиота. Смущенные подчиненные поинтересовались, в чем, собственно, дело. А в том, отвечала недовольная общественность, что на вопросы он начинал объяснять что-то вроде “с одной стороны — так, но с другой стороны — можно и этак”, а им нужно было просто узнать, как правильно.
Консерваторам, или языковым пуристам (а эта история про них кажется, что есть высшая и неизменная норма. Это не так, и можно сколько угодно восхищаться русским языком эмигрантов первой волны и их потомков, но настоящий язык живет здесь, в России, со всеми его уродствами и нововведениями. Живет, потому что меняется.
Норма — довольно сложная вещь, и даже ненормативность в языке бывает разная. Одно дело — сказать “п?ртфель” или “ихний”, а другое, например, “обеспеч?ние” или “тапочек”. Первое просторечно, т. е. показывает невысокий культурный уровень, второе, скорее всего, никто и не воспримет как ошибку (хотя см. словари).
Есть небольшой набор классических нарушений нормы, который переходит из учебника в учебник. К нему и относится пример с “кофе”. Самое смешное, что многие из тех, кто громко протестует против среднего рода и презрительно морщится, услышав слова “черное кофе”, нет-нет да и сами скажут: “Не могу найти кофе, ты не знаешь, где оно?”. Иначе говоря, наши принципы порой расходятся с нашим поведением. И в случае языка, когда расхождения становятся слишком большими, лучше подкорректировать принципы (т. е. норму чем их всем вместе постоянно нарушать.
Впрочем, каждый волен выбрать свой путь. Еще будучи студентом, я слушал доклад мудрого профессора, специалиста как раз по языковой норме. Он рассказал историю из какого-то старого советского фильма, которую я на всю жизнь запомнил. У советского академика была домработница. Говорила она по-русски не всегда правильно, что академика весьма раздражало. И в раздражении сказал ей как-то академик: “Что ж ты, Настька, все "ложить" да "ложить" говоришь. Я же тебя учил, что правильно будет "класть", неужели трудно запомнить?” А она ему отвечает: “Да знаю я, как правильно. Только мне всю жизнь жить с теми, кто ложит”.
  

Автор — профессор, директор Института лингвистики РГГУ

terkin

Да ну, банально слишком, и не освещена тема "ПревеД".
Это человек, который из последних сил держится за уходящий поезд и пытается доказать свою нужность обществу. как лингвист...

selena12

Да знаю я, как правильно. Только мне всю жизнь жить с теми, кто ложит
хреновый аргумент

AbakumovAM

в телефонной службе русского языка, а такая существует уже много лет
телефон в студию

chajkak

специально для падонкафф!
 
Новый русский: Основной инстинкт
Максим Кронгауз
 Вы хотели поговорить об этом?
Русский язык в Интернете — это, конечно же, черт знает что такое. Но при этом это все равно русский язык.
Начнем с самого простого — с яростной порчи орфографии. Возникла она не в Интернете, но именно в Интернете была поставлена на поток. И наиболее ярко проявилась в так называемом языке “падонков” и истории со словом “превед”. Порча орфографии оказалась настолько привлекательной идеей, что сразу овладела умами и стала модной и почти обязательной. Прежде чем как-то оценивать этот процесс, хорошо бы понять, зачем нам вообще нужна орфография.
Хорошо известно, что именно орфография помогает легче воспринимать написанное, т. е. попросту быстрее читать. Это происходит потому, что мы привыкли к определенному графическому облику слов и опознаем их даже не целиком, а по нескольким ключевым буквам, прежде всего по первой и последней. Неправильное написание незначительно задерживает наш взгляд на слове, тормозя процесс чтения в целом. Если таких задержек оказывается много (т. е. мы имеем дело с неграмотным текстом чтение тормозится не чуть-чуть, а сильно.
На самом деле орфография помогает и быстрее писать, поскольку грамотный человек делает это автоматически. И вот здесь прозвучало ключевое слово: грамотный. Дело в том — и сейчас я раскрываю большой секрет, — что орфография облегчает жизнь далеко не всем, а только грамотным людям. Именно поэтому при любых реформах орфографии и графики страдают прежде всего они — те, для кого письмо и чтение стали, по существу, основным инстинктом. И именно образованные люди сильнее всего сопротивляются таким реформам. Остальные же без орфографии даже немного выигрывают: не надо думать, как писать, да и чтению это не мешает, поскольку привычки к определенному графическому облику слов у них не сформировано. Главное же, что при отсутствии орфографии незнание орфографических правил им абсолютно не вредит, так что их социальный статус сильно повышается.
Вторая причина привлекательности неправильной орфографии заключается в том, что она придает слову дополнительную выразительность. Один мой знакомый объявил, что будет писать “жи” и “ши” только с буквой “ы”, в частности, потому, что “жызнь более энергична и жызненна, чем жизнь”. И по-своему был прав. Так он и писал: “жывот”, “ошыбка”, “машына”. Однако, будучи грамотным человеком, периодически забывался и срывался на нормативное “держишь” и “пишите” (сознательно следить за окончаниями значительно труднее, и здесь срабатывал автоматизм).
Итак, всевозможные выражения языка “падонков” — “аццкий сотона”, “аффтар жжот” и “пеши исчо”, — безусловно, выразительны и потому так популярны. Кое-кто стал даже говорить о новой неправильной орфографии, т. е. новой системе антиправил. На самом деле никакой особой системы нет. По существу, есть лишь одно основное правило: там, где можно написать слово иначе, чем оно пишется, и это не повлияет на его произнесение, пиши иначе. Фактически это означает, что написание “сотона” является, как бы это сказать, приемлемым, потому что везде, где ошибку сделать было можно, она сделана. При этом для слова “еще” возможны варианты: “исчо”, “ищщо” и т. п., один из которых, возможно, становится каноническим. Так, правильно писать “аффтар” с двумя “ф”, а не с одним, хотя оба варианта одинаково ошибочны.
Но здесь-то и кроется опасность. По-настоящему неправильно могут писать только очень грамотные люди, которые, во-первых, знают, как писать правильно, а во-вторых, понимают, какие ошибки не искажают произношение. Так, мне очень трудно поверить в естественное американское происхождение известного выражения “превед, кросавчег!” (лучше, впрочем, было бы “кросафчег” потому что сделаны почти все возможные ошибки, причем каждый раз выбирается более неестественная с точки зрения произношения буква.
Выразительность же всех этих написаний весьма условна. Они выразительны, пока мы осознаем их необычность и неправильность. По мере привыкания к ним и забывания правильного прототипа они станут совершенно обычными, нейтральными написаниями, но правила орфографии при этом мы потеряем безвозвратно.
Меня поразила позиция одного безусловно грамотного и вполне образованного человека по этому поводу, сформулированная на одном из форумов: дайте мне самовыражаться в Интернете так, как я хочу, а вот моих детей в школе, господа лингвисты, извольте учить правильному языку и правильной орфографии. Этот человек, увы, не понимает одной простой вещи: то, что для него является игрой, для следующего поколения постепенно превращается в норму. Язык осваивается не в школе и не под чутким руководством каких-то там лингвистов. Вполне возможно, что его сын впервые увидит слово “аффтар” именно в Интернете и именно в таком виде. И это окажется его первым и основным языковым опытом, который не перечеркнешь школьной зубрежкой.
Учитывая распространение Интернета, игры и изыски взрослых с большой вероятностью станут основной языковой средой для сегодняшних детей.
После всего сказанного вы вправе спросить меня, как же я оцениваю будущее нашей орфографии. На это у меня есть два ответа. В краткосрочной перспективе — очень плохо. Сегодняшние модные игры интеллектуалов выгодны неграмотным людям, а их, как известно, больше. В долгосрочной же перспективе грамотные, образованные люди, безусловно, спасут нашу орфографию и победят. Вы спросите как? А как обычно: не известным науке способом.
Аффтар — прафесар, деректар инстетута ленквистеки РГГУ
  

Зря ты так про дедушку - рубрика автора "Новый русский" читается с любопытством. Если интерсно могу еще запостить.

ladyromantika

Резануло слух. Странный лингвист какой-то...
Кофе может быть только черный!
"Черным" он может быть, а "черный" нет.
Их зачатками являются сегодняшние диалекты и жаргоны, объединенные как раз наличием литературного языка и нормы
"Зачатки" языка конечно есть на каком-то этапе эмбриогенеза, но профессор говорит не о них. В данном случае употреблять это слово недопустимо.
Первое просторечно,
странное у него словообразование. Даже проверка правописания форума занервничала.
вторые — что норма вообще никому не нужна, а как язык сам развивается, так и ладно.
ну а это вообще шедевр в стиле Черномырдина.

SerV

всё правильно

учи русский язык

zuzaka

Есть такое очень известное и довольно веское мнение, что язык (вернее, идиолект) автоматически генерируется ребенком на основе услышанной устной речи. Вместе со всеми своими "естественными" и "логичными" правилами. Задолго до того, как ребенок впервые увидит слово "аффтар" в интернете. Поэтому если он и с готовностью примет "-фф-" в корне, то "-ар" уже воспримет с подозрением: это не состыкуется со словами "кондуктор", "трактор", "мотор", "корректор" и др. А уж "кросавчег" ни в какие ворота не полезет. Есть такое понятие, как проверочное слово, и имхо не надо воспринимать его лишь как дидактическую абстракцию. Написание "кросавчег" слишком нарушает гармонию связи с проверочными словами "крАсна девица", "красавчики", "мужик".

niki12

В ответ на:
в телефонной службе русского языка, а такая существует уже много лет
телефон в студию
http://www.rusyaz.ru/
230-66-33
rusyaz.ru
цена услуги - 30 р
инджой
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: