Страстная Пятница. Проповеди Митрополита Антония Сурожского

zulya67

Вынос Плащаницы Страстная Пятница - 8 апреля 1966 г. (стр 1). Проповеди (Митрополит Сурожский). Часть 2
--------------------------------------------------------------------------------
Как трудно связать то, что совершается теперь, и то, что было когда-то: эту славу выноса Плащаницы и тот ужас, человеческий ужас, охвативший всю тварь: погребение Христа в ту единственную, великую неповторимую Пятницу.
Сейчас смерть Христова говорит нам о Воскресении, сейчас мы стоим с возжженными пасхальными свечами, сейчас самый Крест сияет победой и озаряет нас надеждой – но тогда было не так. Тогда на жестком, грубом деревянном кресте, после многочасового страдания, умер плотью воплотившийся Сын Божий, умер плотью Сын Девы, Кого Она любила, как никого на свете – Сына Благовещения, Сына, Который был пришедший Спаситель мира.
Тогда, с того креста, ученики, которые до того были тайными, а теперь, перед лицом случившегося, открылись без страха, Иосиф и Никодим сняли тело. Было слишком поздно для похорон: тело отнесли в ближнюю пещеру в Гефсиманском саду, положили на плиту, как полагалось тогда, обвив плащаницей, закрыв лицо платом, и вход в пещеру заградили камнем – и это было как будто все.
Но вокруг этой смерти было тьмы и ужаса больше, чем мы себе можем представить. Поколебалась земля, померкло солнце, потряслось все творение от смерти Создателя. А для учеников, для женщин, которые не побоялись стоять поодаль во время распятия и умирания Спасителя, для Богородицы этот день был мрачней и страшней самой смерти.
Когда мы сейчас думаем о Великой Пятнице, мы знаем, что грядет Суббота, когда Бог почил от трудов Своих, – Суббота победы! И мы знаем, что в светозарную ночь от Субботы на Воскресный день мы будем петь Воскресение Христово и ликовать об окончательной Его победе.
Но тогда пятница была последним днем. За этим днем не видно ничего, следующий день должен был быть таким, каким был предыдущий, и поэтому тьма и мрак и ужас этой Пятницы никогда никем не будут изведаны, никогда никем не будут постигнуты такими, какими они были для Девы Богородицы и для учеников Христовых.
Мы сейчас молитвенно будем слушать Плач Пресвятой Богородицы, плач Матери над телом жестокой смертью погибшего Сына. Станем слушать его. Тысячи, тысячи матерей могут узнать этот плач – и, я думаю, Ее плач страшнее всякого плача, потому что с Воскресения Христова мы знаем, что грядет победа всеобщего Воскресения, что ни един мертвый во гробе. А тогда Она хоронила не только Сына Своего, но всякую надежду на победу Божию, всякую надежду на вечную жизнь. Начиналось дление бесконечных дней, которые никогда уже больше, как тогда казалось, не могут ожить.
Вот перед чем мы стоим в образе Божией Матери, в образе учеников Христовых. Вот что значит смерть Христова. В остающееся короткое время вникнем душой в эту смерть, потому что весь этот ужас зиждется на одном: НА ГРЕХЕ, и каждый из нас, согрешающих, ответственен за эту страшную Великую Пятницу; каждый ответственен и ответит; она случилась только потому, что человек потерял любовь, оторвался от Бога. И каждый из нас, согрешающий против закона любви, ответственен за этот ужас смерти Богочеловека, сиротства Богородицы, за ужас учеников.
Поэтому, прикладываясь к священной Плащанице, будем это делать с трепетом. Он умер для тебя одного: пусть каждый это понимает! – и будем слушать этот Плач, плач всея земли, плач надежды надорванной, и благодарить Бога за спасение, которое нам дается так легко и мимо которого мы так безразлично проходим, тогда как оно далось такой страшной ценой и Богу, и Матери Божией, и ученикам. Аминь.

zulya67

У Плащаницы Страстная Пятница - 1967 г. (стр 1). Проповеди (Митрополит Сурожский). Часть 2
--------------------------------------------------------------------------------
Мы, люди, всю нашу надежду после Бога возложили на заступление Богородицы. Мы эти слова повторяем часто, они нам стали привычны. А вместе с этим, перед лицом того, что совершалось вчера и сегодня, эти слова непостижимо страшны. Они должны являть или удивительную веру в Богородицу, или являют на самом деле, что мы не глубоко пережили в течение своей жизни этот призыв к помощи Божией Матери.
Перед нами гроб Господень. В этом гробе человеческой плотью предлежит нам многострадальный, истерзанный, измученный Сын Девы. Он умер; умер не только потому, что когда-то какие-то люди, исполненные злобы, Его погубили. Он умер из-за каждого из нас, ради каждого из нас. Каждый из нас несет на себе долю ответственности за то, что случилось, за то, что Бог, не терпя отпадения, сиротства, страдания человека, стал тоже Человеком, вошел в область смерти и страдания, за то, что Он не нашел той любви, той веры, того отклика, который спас бы мир и сделал невозможной и ненужной ту трагедию, которую мы называем Страстными днями, и смерть Христову на Голгофе.
Скажете: Разве мы за это ответственны – мы же тогда не жили? Да! Не жили! А если бы теперь на нашей земле явился Господь – неужели кто-нибудь из нас может подумать, что он оказался бы лучше тех, которые тогда Его не узнали. Его не полюбили, Его отвергли и, чтобы спасти себя от осуждения совести, от ужаса Его учения, вывели Его из человеческого стана и погубили крестной смертью? Нам часто кажется, что те люди, которые тогда это совершили, были такими страшными; а если мы вглядимся в их образ – что мы видим?
Мы видим, что они были действительно страшны, но нашей же посредственностью, нашим измельчанием. Они такие же, как мы: их жизнь слишком узкая для того, чтобы в нее вселился Бог; жизнь их слишком мала и ничтожна для того, чтобы та любовь, о которой говорит Господь, могла найти в ней простор и творческую силу. Надо было или этой жизни разорваться по швам, вырасти в меру человеческого призвания, или Богу быть исключенным окончательно из этой жизни. И эти люди, подобно нам, это сделали.Я говорю “подобно нам”, потому что сколько раз в течение нашей жизни мы поступаем, как тот или другой из тех, которые участвовали в распятии Христа. Посмотрите на Пилата: чем он отличается от тех служителей государства, Церкви, общественности, которые больше всего боятся человеческого суда, беспорядка и ответственности и которые для того, чтобы себя застраховать, готовы погубить человека – часто в малом, а порой и в очень большом? Как часто, из боязни стать во весь рост нашей ответственности, мы даем на человека лечь подозрению в том, что он преступник, что он – лжец, обманщик, безнравственный и т.д. Ничего большего Пилат не сделал; он старался сохранить свое место, он старался не подпасть под осуждение своих начальников, старался не быть ненавидимым своими подчиненными, избежать мятежа. И хотя и признал, что Иисус ни в чем не повинен, а отдал Его на погибель...
И вокруг него столько таких же людей; воины – им было все равно, кого распинать, они “не ответственны” были; это было их дело: исполнять приказание... А сколько раз с нами случается то же? Получаем мы распоряжение, которое имеет нравственное измерение, распоряжение, ответственность за которое будет перед Богом, и отвечаем: Ответственность не на нас... Пилат вымыл руки и сказал иудеям, что они будут отвечать. А воины просто исполнили приказание и погубили человека, даже не задавая себе вопроса о том, кто Он: просто осужденный...
Но не только погубили, не только исполнили свой кажущийся долг. Пилат отдал им Иисуса на поругание; сколько раз – сколько раз! – каждый из нас мог подметить в себе злорадство, готовность надругаться над человеком, посмеяться его горю, прибавить к его горю лишний удар, лишнюю пощечину, лишнее унижение! А когда это с нами случалось и вдруг наш взор встречал взор человека, которого мы унизили, когда он уже был бит и осужден, тогда и мы, и не раз, наверное, по-своему, конечно, делали то, что сделали воины, что сделали слуги Каиафы: они завязали глаза Страдальцу и били Его. А мы? Как часто, как часто нашей жизнью, нашими поступками мы будто закрываем глаза Богу, чтобы ударить спокойно и безнаказанно – человека или Самого Христа – в лицо!
А отдал Христа на распятие кто? Особенные ли злодеи? Нет – люди, которые боялись за политическую независимость своей страны, люди, которые не хотели рисковать ничем, для которых земное строительство оказалось важней совести, правды, всего – только бы не поколебалось шаткое равновесие их рабского благополучия. А кто из нас этого не знает по своей жизни?
Можно было бы всех так перебрать, но разве не видно из этого, что люди, которые убили Христа, – такие же, как и мы? Что они были движимы теми же страхами, вожделениями, той же малостью, которой мы порабощены? И вот мы стоим перед этим гробом, сознавая – я сознаю! и как бы хотел, чтобы каждый из нас сознавал, – блаженны мы, что не были подвергнуты этому страшному испытанию встречи тогда со Христом – тогда, когда можно было ошибиться и возненавидеть Его, и стать в толпу кричащих: Распни, распни Его!..
Мать стояла у Креста; Ее Сын, преданный, поруганный, изверженный, избитый, истерзанный, измученный, умирал на Кресте. И Она с Ним со-умирала... Многие, верно, глядели на Христа, многие, верно, постыдились и испугались и не посмотрели в лицо Матери. И вот к Ней мы обращаемся, говоря: Мать, я повинен – пусть среди других – в смерти Твоего Сына; я повинен – Ты заступись. Ты спаси Твоей молитвой, Твоей защитой, потому что если Ты простишь – никто нас не осудит и не погубит... Но если Ты не простишь, то Твое слово будет сильнее всякого слова в нашу защиту...
Вот с какой верой мы теперь стоим, с каким ужасом в душе должны бы мы стоять перед лицом Матери, Которую мы убийством обездолили.,. Встаньте перед Ее лицом, встаньте и посмотрите в очи Девы Богородицы!.. Послушайте, когда будете подходить к Плащанице, Плач Богородицы, который будет читаться. Это не просто причитание, это горе – горе Матери, у Которой мы просим защиты, потому что мы убили Ее Сына, отвергли, изо дня в день отвергаем даже теперь, когда знаем, Кто Он: все знаем, и все равно отвергаем...
Вот, встанем перед судом нашей совести, пробужденной Ее горем, и принесем покаянное, сокрушенное сердце, принесем Христу молитву о том, чтобы Он дал нам силу очнуться, опомниться, ожить, стать людьми, сделать нашу жизнь глубокой, широкой, способной вместить любовь и присутствие Господне. И с этой любовью выйдем в жизнь, чтобы творить жизнь, творить и создавать мир, глубокий и просторный, который был бы, как одежда на присутствии Господнем, который сиял бы всем светом, всей радостью рая. Это наше призвание, это мы должны осуществить, преломив себя, отдав себя, умерев, если нужно – и нужно! – потому что любить – это значит умереть себе, это значит уже не ценить себя, а ценить другого, будь то Бога, будь то человека, жить для другого, отложив заботу о себе. Умрем, сколько можем, станем умирать изо всех сил для того, чтобы жить любовью и жить для Бога и для других. Аминь!

zulya67

Служба Погребения в Страстную Пятницу (стр 1). Проповеди (Митрополит Сурожский). Часть 2
--------------------------------------------------------------------------------
Пророчество, которое мы сейчас слышали (Иезекииль, 37, 1–14 – образ всего видимого. Вся земля лежит перед нами, и вся она покрыта костьми мертвыми; из поколения в поколение легли эти кости в землю, из поколения в поколение как будто торжествует смерть.
И вот еще одно погребальное шествие совершено, и в эту землю легло бессмертное, нетленное, пречистое Тело Иисусово. И земля дрогнула, и все изменилось, до самых недр ее. Как зерно пшеничное, легло Тело Иисусово в эту землю, и, как огонь Божественный, сошла Его пречистая душа в глубины ада, и сотрясся ад. И теперь, когда мы предстоим перед Гробом, в глубинах той тайны отвержения, которую мы называем адом, совершилось последнее чудо: ад опустел, ада нет, потому что в самые его глубины вошел Господь, соединяя с Собой все. Как зерно горчичное, было положено Тело Его в землю, и как зерно постепенно исчезает, как зерно постепенно перестает быть отличимо от той земли, в которую оно вложено, но собирает в себя всю силу жизни и восстает уже не едино, не одинокое зерно, а сначала росток, а затем малый куст и дерево, так теперь Иисус, погрузившись в тайну смерти, извлекает из нее все, что способно жить, всякую живую человеческую душу, и приготовляет воскресение всякой человеческой плоти.
Кости мертвые, кости сухие перед нами, и уже трепетна земля, уже мир полон дыханием бурным Воскресения, уже воскрес Господь, уже восстала Матерь Божия, уже победа над смертью одержана, уже мы можем петь Воскресение перед лицом гроба, где лежит многострадальное Тело Иисусово. Христос победил смерть, и мы эту победу сейчас будем воспевать ликующе, ожидая момента, когда и до нас дойдет эта весть, когда загремит в этом храме победная песнь о Воскресении Христовом. Аминь.

lenmas

Типа в пятницу ничего нельзя есть - строгий пост?

zulya67

главное: готовиться к Светлому Христову Воскресению. И этой подготовке посвящать свои дела. Не отвлекаться на другие дела особо.
А смысл постинга в другом - в самой проповеди. Я, например, читая, и так понимаю, что этот день означает - день скорби и нависшей безысходности, день явления страха и безнадежности за дальнейшую судьбу мира. День, который вскоре сменит радость Воскресения Христова.

lenmas

А если завтра нехилая работа, и акция протеста против Байкала

redtress

Слышь, а как готовиццо то?
И еще я не понял "Не отвлекаться на другие дела особо". У меня(как и у многих) рабочий день заффтро..

zulya67

в Православии главное не внешняя показуха, а то, что ты душой готов, что ты сопереживаешь события того времени. На обязательные дела это не распространяется. Ведь можно и поститься без осознания что это духовное деяние и молиться, произнося лишь слова, а не от сердца. А можно и работая помнить о значении события

lenmas

Да, но как-то это трудно, если даже некогда сходить в храм Не будешь же всех посылать нафик, мол, идите отсюда, у меня тут Страстная Пятница, а вы тут лезете, уроды

VetAlex

этот день означает - день скорби и нависшей безысходности, день явления страха и безнадежности за дальнейшую судьбу мира.
Э... Я чёт не понимаю, но помнится, Он заранее говорил, что воскреснет, о том типа даже первосвященники знали. Откуда безнадёжность?

yurimedvedev

Э... Я чёт не понимаю, но помнится, Он заранее говорил, что воскреснет, о том типа даже первосвященники знали. Откуда безнадёжность?
А в него никто не верил. Даже апостолы, даже самый верный ученик Петр трижды отрекся от него.

redtress

так мы ж знаем, что все хорошо кончилось, в чем проблема то?

zulya67

тем не менее и Пресвятая Богородица, и Святые Апостолы в силу человеческой природы восприняли смерть Спасителя именно как смерть человека. Ты почитай проповеди, которые в начале треда - там об этом и говорится. И очень легко. Зачем мне повторять то, что уже есть?

zulya67

а Апостол Фома поверил даже в Воскресение через неделю, пока сам не увидел Спасителя воскресшего. А ведь Он говорил

VetAlex

тем не менее и Пресвятая Богородица, и Святые Апостолы в силу человеческой природы восприняли смерть Спасителя именно как смерть человека.
И только первосвященники больше остальных поверили Ему и уломали тов. прокуратора выставить стражу (которая бдительно всё проспала)? Ты точно в этом уверен? Ну так нам-то это зачем?
Ты почитай проповеди, которые в начале треда
Вот к ним и претензия.

zulya67

стражу выставили для того, чтобы ученики Спасителя не похоронили Его по-человечески. Чтобы не было места поклонения Христу и учение его умерло вместе с Ним.

VetAlex

стражу выставили для того, чтобы ученики Спасителя не похоронили Его по-человечески.
Почитай Новый Завет на досуге, в рамках мероприятий по подготовке к Великой Пятнице.
Короче, в русском переводе это такъ:
Мф 27:62-64
62 На другой день, который следует за пятницею, собрались первосвященники и фарисеи к Пилату
63 И говорили: господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, ещё будучи в живых, сказал: "после трех дней воскресну";
64 Итак, прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики его, придя ночью, не украли его и не сказали народу: "воскрес из мертвых"; и будет последний обман хуже первого.
Так что речь идёт именно о воспрепятствовании Воскресению (как бы по-идиотски это ни звучало с точки зрения верующего человека а не "похоронам по-человечески".
мне больше церковнославянский текст по душе, но под рукой нет. Но помню, что там было что-то типа:"и будет последняя лесть больше первыя".

zulya67

так я и написал, что чтобы ученики не сняли Его с креста. А домысливать что скрывалось за вкрадчивыми речами фарисеями можно разное. Я же историк, вот и пытаюсь проследить нить логики. Если бы фарисеи и ПЕРВОСВЯЩЕННИКИ (духовенство) верили в Божественную сущность Христа, то они не посмели бы надругаться над ним. Второе - они руководствовались своими прагматичными соображениями и искали свою выгоду. Поэтому ради своей выгоды могли поверить во что угодно, но в то же время держались за свою власть, и их корыстные временные земные интересы им были ближе.Ученики же Христовы верили Спасителю искренне, как друзья доверяют друг другу, они любили Его как Учителя. Богоматерь любила Христа как Сына. И это была земная любовь, поэтому и чувства при Его крестной смерти были у них вполне человеческие. так что не надо отождествлять "веру" фарисеев, которая исходила из их страха за свою власть и веры учеников и Богородицы, которая от любви.

VetAlex

так я и написал, что чтобы ученики не сняли Его с креста.
Што ты несёшь?! Ученики Его к тому времени уже сняли с креста и положили в гроб (aka пещера к которому и была стража приставлена.
 
не надо отождествлять "веру" фарисеев, которая исходила из их страха за свою власть и веры учеников
А кто-то отождествляет? Мне просто странно, что получается, будто первосвященники были более внимательны и последовательны.

zulya67

Итак, прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики его, придя ночью, не украли его и не сказали народу: "воскрес из мертвых"
но фарисеи об этом не знали

zulya67

виноват, попутал. Устал сильно. Более внимательны и последовательны они (фарисеи и первосвященники) были в своих интересах, а не из веры. И последовательность эта их из страха за свою власть. А ученики Христа отнеслись к Нему как к человеку, к любимому Учителю и другу. То есть по сути веры-то не было настоящей и у Учеников в то время. Здесь дело в отношении к Господу. Об этом и речь в проповеди. Что страстная пятница - скорбный день, день когда не просто ушел Сын и Учитель, а когда первых христиан объяла безысходность и печаль, когда их покинула надежда. И когда многие усомнились. До дня Светлого Воскресения.

Alex-B

помнится мне женщины первые узнали о его воскрешении, а мужики как обычно выпендрились, и даже после происшедшего им не поверили, женщины - глупые создания.
типичный мужской подход, и после этого эти странные мужчины пытаются научить меня вере?
показывают мне Пупкина и сотоварищи и утверждают что там все не на показ?
PS. (в том что дура сознаюсь сразу, так ведь юродивые и блаженные всегла святыми на Руси считаются, так?)

zulya67

ведь юродивые и блаженные всегла святыми на Руси считаются, так?)
это люди , которые осознанно берут на себя подвиг юродства, обет быть блаженным. Также как другие - обет безбрачия, обет отшельничества,обет молчальничества, обет столпничества и другие. То есть человек может быть психически нормальным, но он специально берет на себя эту ношу, блаженствует, на всю жизнь, не поддаваясь соблазну вновь стать "нормальным", переживая насмешки, отторжение со стороны окружающих, гонения. Не всякий юродивый - блаженный. Как и не всякий подвергнувшийся пыткам и казни - святой мученик и не всякий безбрачный - монах.
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: