[Статья] Размышления над причинами революции в России

3deus

Предлагаю вниманию форумчан любопытную статью профессора МГИМО, доктора исторических наук А.Б.Зубова о причинах революции в России. Прочитал начало, очень понравилось, решил поделиться и с вами... :)
============================================================================
Размышления над причинами революции в России.
Опыт восемнадцатого столетия
... Русское общество пережило по крайней мере два глубоких раскола. Раскол петровский, начала XVIII века, и раскол большевицкий в ХХ столетии. И почти очевидно, что первый был причиной второго, а второй — реакцией на последствия первого.
Петр Великий совершил революцию с высоты трона. Традиционное течение русской жизни было круто и жестоко изменено. За бесчисленными преобразованиями первого русского Императора, изменившими все стороны национальной жизни от церковно-государственных отношений до кроя одежды и организации волосяного покрова лица, просматривается главная реформа, никогда не объявленная, но, как раз по Тойнби, одухотворявшая все его действия. Реформа эта — сознательное изменение аксиологии — целенаправленный переход от сотерии к эвдемонии, то есть от виденья предельной цели в достижении спасения и вечной божественной жизни к всецелой ориентации на максимальное благополучие в этом, временном мiре. Эвдемонический идеал, оттесняя на второй план сотерию, исподволь стал развиваться в сердцах русских людей, в первую очередь — правящего класса, чуть ли не с XV столетия. Но в сфере сознания сотерические цели продолжали главенствовать.
Главенствовали они и в государственной идеологии. Первые Романовы сознавали свое служение как служение Богу ради православного народа. Бессмысленный и вредный с точки зрения реальной политики собор 1667 года и гонения на старообрядцев обретают смысл именно в контексте пусть и ошибочно понятого, но сотерического идеала: неправильное, не право-славное богопочитание погубит души людей, а потому заразу надо искоренять самыми жестокими методами.
Начиная с Петра ценностное соотношение меняется. Теперь уже не царство, не человек стремится служить Богу и спасению, а Бог и религия призываются служить царству и человеку в его земной, посюсторонней жизни, ради «чести и славы Державы Российския». «Реформа Петра, — отмечает прот. Александр Шмеман, — была прежде всего резким перерывом „теократической” традиции, сознательным и всесторонним переходом на западную установку сознания. Это было воцарение в России западного абсолютизма… Западный абсолютизм, родившийся в борьбе против Церкви, как раз отрицает за ней всякое право быть „совестью” государства, сжимает ее в тесные рамки „обслуживания духовных нужд”, причем сам же определяет и эти нужды, и как их обслуживать»3. По крайней мере на уровне государственной идеологии совесть (то есть нравственный диалог человека со своим Создателем) подменяется присягой — клятвой человека человеку в безусловной верности Государю. Но ни один человек верен не бывает, верен только Бог. Поэтому верность человека человеку всегда условна, всегда относительна с обеих сторон. Петровский абсолютизм начал эту релятивизацию верности, завершившуюся отречением Николая II от России и отречением от Николая II его ближайших родственников, слуг и солдат, всего почти русского народа.
Если первая, петровская революция релятивизировала сотерический идеал, сделав его прислужником эвдемонии, то вторая революция вовсе отменила его. Большевицкий режим стал первым устойчивым режимом в истории человечества, полагавшим веру в Бога и алкание вечной жизни тяжким преступлением, каравшимся смертью или преследованиями. Цели большевизма были исключительно эвдемоническими и ничем, кроме эвдемонизма, не обосновывавшимися. Постепенно обессилевшие в петербургскую эпоху светского абсолютизма совесть и верность вновь восстановили свою власть над обществом, но это были уже «социалистическая совесть» и «классовая верность». Место Бога в диалоге совести заступил вождь, ставший «умом, честью и совестью» коммунистического режима. Петр освободил в душе народа место, до того принадлежавшее Богу, сделав себя и своих потомков на троне «викариями Христа», большевики, вовсе изгнав из сознания народа жертвенный образ Богочеловека, воздвигли на «святом месте» идол «человекобогу», которому поклонился в судьбоносные революционные годы русский народ.
Обвал 1917 — 1922 годов, та национальная катастрофа, которая изничтожила императорскую Россию, произошла, понятно, не вдруг. Народ пошел за крайним радикальным элементом — эсерами и большевиками, освобождавшими его от Бога, нравственного закона и родины, явно предпочтя их власть власти Белых генералов, боровшихся за утверждение гражданской свободы, за сохранение закона, за неприкосновенность святынь, за «великую Россию», и долго не желал видеть, что он жестоко обманут Лениным, Троцким, Сталиным. А когда, после кошмара коллективизации и гладомора 1932 — 1933 годов, сомневаться в сатанинском характере большевицкой власти уже не было никаких оснований, у людей недостало нравственной силы к сопротивлению каннибальской тирании ВКП(б).
«Если бы во времена массовых посадок, например в Ленинграде, когда сажали четверть города, люди бы не сидели по своим норкам, млея от ужаса при каждом хлопке парадной двери и шагах на лестнице, — а поняли бы, что терять им уже дальше нечего, и в своих передних бодро бы делали засады по несколько человек с топорами, молотками, кочергами, с чем придется. Органы быстро бы недосчитались сотрудников и подвижного состава, и несмотря на всю жажду Сталина — остановилась бы проклятая машина! Если бы... Если бы... Мы просто заслужили все дальнейшее».
Разве такая удивительная потеря воли в борьбе со злом, такое удивительное исчезновение даже элементарного, животного чувства самозащиты, защиты своих детей, своей семьи, — разве все это не признак какого-то крайнего духовного упадка — или, если называть вещи своими именами, какого-то тяжкого греха. «Все они будут стонать, каждый за свое беззаконие. У всех руки опустятся, и у всех колени задрожат как вода. Тогда они препояшутся вретищем и обоймет их трепет» (Иез. 7: 16 — 18). Не о нас ли эти слова пророка? Не нас ли объял трепет? Не наши ли колени задрожали, «как вода»? Разлад в душах имел следствием потерю воли к сопротивлению. Говоря словами поэта — «Народ как раб на плаху лег» (Иван Савин). «Не сказать ли <…> — размышляет в „Архипелаге” Александр Солженицын, — что граждански-мужественное общество не дало бы повода писать ни этой главы, ни всей этой книги?»
...
Продолжение: http://azbyka.ru/tserkov/istoriya/zubov_revoluciya_01-all.sh...
Вся статья: http://azbyka.ru/tserkov/istoriya/zubov_revoluciya_00-all.sh...
============================================================================

urchin

Не считаю, что Петр сделал, что-то плохое. Если бы не Петровские реформы, Российская империя была бы банально завоёвана европейскими державами.

Sergey79

А я читал так что:
-Петр разделил русских на два народа: европейцев и дикарей
-в 1917 это разделение опять схлопнулось

3deus

Если бы не Петровские реформы, Российская империя была бы банально завоёвана европейскими державами
Не известно, что было бы: история не знает сослагательного наклонения. Но если бы остались верными Господу, то Он избавил бы нас от нашествия иноплеменных врагов, как избавил Иудеев от ассирийских полчищ, когда Ангел Го­с­по­день за одну ночь поразил 185 тысяч человек в Ассирийском стане (Ис. 37, 36).

Sergey79

Но если бы остались верными Господу
проблема в том что не были верными.
не жили по-христиански и до Петра.

3deus

проблема в том что не были верными
Древние Иудеи тоже не были верны Господу и периодически вразумлялись за это разными несчастьями. Но общее стремление к Богоугодной жизни все еще сохранялось во времена Езекии.
Тоже, думаю, можно сказать и про допетровскую Россию. Петр же, как пишет автор статьи, сознательно и жестко поменял фундаментальную направленность развития России с сотерии на эвдемонию.

bahara0102

За бесчисленными преобразованиями первого русского Императора, изменившими все стороны национальной жизни от церковно-государственных отношений до кроя одежды и организации волосяного покрова лица
Тут смешно, что ещё при отце Петра существовали штрафы за бритьё бороды. Ведь христианство, возникшее в семитской среде, взяло оттуда и существовавшие там нормы внешнего вида, а древние русские бороду гладко брили и отращивать её было не модно. Вот и пришлось бороться с этим обычаем штрафами. Но когда попы победили эту привычку, пришёл Пётр и всё испортил :)

nadezhda

Блевотка очередного холуя гебульно-номенклатурной элитки, не даром же из МГИМО, этой кузницы кадров россиянского компрадорского уклада.
Революция произошла потому что Русский народ в условиях массового рапространения начал просвещения не стал мириться с ролью скота.
Забавно, что чувак - упоротый либераст и отсюда системная идиотия.
"Если первая, петровская революция релятивизировала сотерический идеал, сделав его прислужником эвдемонии, то вторая революция вовсе отменила его. Большевицкий режим стал первым устойчивым режимом в истории человечества, полагавшим веру в Бога и алкание вечной жизни тяжким преступлением, каравшимся смертью или преследованиями."
Так не бывает. Когда системообразующее противоречие идет на спад и система угасает, новая выступает отрицанием старого.
Так и случилось. Большевизм был отрицанием "эвдемонизма", продолжением сотериологии допетровской, точнее дониконианской эпохи но в ином социо-культурном контексте (впрочем, автор указывает на это, но как на пародию, а это просто новое издание).
Сотеризмом эта сволочь "почему-то" считает беляцкую (=либероидную) борьбу "за утверждение гражданской свободы, за сохранение закона, за неприкосновенность святынь (читай - собственности за «великую Россию»", прямо продолжавшую инволюционную фазу петровской тенденции.
И по-прежнему вы не делаете никаких выводов. Опять протаскиваете романовские реформы образования в стиле законов о кухаркиных детях, хотя именно советское образовательное наследие удерживает массу от посажения вас на кол, реконфигурируя ее психоэнергетику в сторону рационализации социальной несправедливости (в сущности советское образование оказалось аналогом религии).
И не думай, Шмулевич, что эти ваши МГИМОшные холуи своими соплями уберегут вашу поганую власть.

nadezhda

Древние Иудеи тоже не были верны Господу и периодически вразумлялись за это разными несчастьями. Но общее стремление к Богоугодной жизни все еще сохранялось во времена Езекии.
Тоже, думаю, можно сказать и про допетровскую Россию. Петр же, как пишет автор статьи, сознательно и жестко поменял фундаментальную направленность развития России с сотерии на эвдемонию.
хасидский уебок, у тебя на любой случай своя доза яда или опиума

selena12

расскажите это византийцам

3deus

расскажите это византийцам
Ты так говоришь, думаю, потому, что плохо знаком с историей Византии. Знаешь, например, какие события предшествовали четвертому крестовому походу и взятию и ограблению латинянами Константинополя в 1204 году, после которого чрезвычайно ослабленная Византийская Империя так и не восстановилась, а только медленно умирала вплоть до 1453 года?

BSCurt

Но если бы остались верными Господу, то Он избавил бы нас от нашествия иноплеменных врагов,
Господь с Польшей!

3deus

Вот еще один красочный отрывок, о деятельности Петра Первого, которая в конечном итоге привела нашу страну к ужасам советчины в 20 веке и, следовательно, к тому состоянию, в котором пребывает Россия сегодня:
=================================================================
... Император Петр Великий вызывает из Неаполя сына Алексея от первой, давно брошенной жены, вызывает, клятвенно обещая неприкосновенность. И как только простоватый царевич, поверивший отцу, пересекает границы отечества, он тут же берется под стражу, подвергается допросам с пристрастием и, наконец, по приговору царственного отца удушается в каземате Петропавловской крепости, дабы не Алексей, а любимая жена Екатерина и ее дети могли наследовать престол. От Романова, убившего своего сына Алексея, до Романова, расстрелянного с сыном Алексеем на руках, через два века тянется какая-то роковая нить.
Народ отнюдь не забыл убитого царевича. Долго ходили сказы, что он чудесно наследует престол и вернет правду. Другие шептали, что правит вовсе и не православный царь Петр Алексеевич, а немец, русского же царя шведы «в столб заложили» или «в бочке в море пустили». А немец, понятно, законного наследника убить пожелал. Сказы эти отнюдь не укрепляли любви к сыноубийце и двоеженцу.
После смерти патриарха Адриана молодой царь запрещает возведение нового патриарха, явно боясь противодействия со стороны Церкви своим реформам и своей разгульной жизни. Просвещенческий идеал абсолютного монарха — повелителя не только внешней жизни, но и совести своих подданных, обольщает его. Вера нужна Петру как инструмент власти, а не как мерило праведности, Церковь — как подданный, а не как судия. В религиозной политике, как и во многом ином, Петр действует совершенно в духе западного абсолютизма.
И вот рождаются «Духовный Регламент» и Синод, возглавляемый государевым чиновником — обер-прокурором, без согласия которого бессильно любое начинание Русской Церкви (патриаршество упразднено было фактически с 1700 года, формально — с 14 февраля 1721 года). Если бы Петр, как православный христианин, трепетал перед тайной действия Духа Святого в Церкви, он никогда бы не решился ради достижения любых земных благ вторгаться в освященный многовековой традицией строй церковной жизни, но скорее стремился бы сообразовать свою деятельность с этим строем. Но никакого благоговения перед святыней Церкви царь Петр Алексеевич не испытывал. И свершилось — «Орел Петровского, на западный образец устроенного самодержавия выклевал это русское православное сердце. Святотатственная рука нечестивого Петра свела первосвятителя Российского с его векового места в Успенском соборе», — священномученик Иларион, будущий архиепископ Верейский (убит 15 декабря 1929 года большевиками произнес этот вердикт, это почти судебное определение 23 октября 1917 года на Поместном Соборе, восстановившем патриаршее возглавление Русской Церкви. Но до этого два века, весь Петербургский период, петровские новизны не отменялись, Церковь управлялась государственными чиновниками, состоя в «крепостной зависимости» от светского обмирщенного государства, которое, упразднив самостоятельность Церкви, упразднило и свою совесть. До самого конца императорской России правители, именовавшие себя «православными самодержцами», испытывали страх перед возможностью восстановления патриаршества, ими же уничтоженного, видя в нем не опору, но угрозу своей власти. Каков же был нравственный характер петербургского самодержавия, если оно страшилось свободного христианского воззрения на себя?
Для очень и очень многих, и не только для староверов, первый русский император стал образом антихриста, упразднившего патриаршество, издевающегося над таинствами и обрядами Православной церкви, тысячами казнящего неугодных бояр, казаков и простую чадь. Русские люди содрогались от царских жестокостей, от любви его к палаческим забавам, пыткам и казням, которые он исполнял собственноручно. «Которого дня Государь и князь Ромодановский крови изопьют, того дня и те часы они веселы, а которого дня не изопьют, и того дня им хлеб не естся». Женитьба на немке, табакокурение, разгульное винопитие, обман и тайная казнь сына от православной законной супруги, надругательство над могилами умерших врагов довершали печальный список «воспитательных примеров», которые царь Петр давал своему народу.
Мы здесь сталкиваемся с известной дилеммой. Оправдываются ли добрыми целями безнравственные средства? Можно спорить, добрыми ли были цели Петра, необходима ли была для выживания нашей страны вестернизация «через колено». Споры об этом начались еще в XVIII веке и не утихли по сей день. Пример Японии, не заплатившей традиционной культурой за модернизацию, при том что японская жизнь намного больше отличалась и по истокам, и по наличествовавшим формам от европейских стандартов, позволяет предполагать, что и по целям русская модернизация могла быть не столь радикальной, а тогда постепенные реформы царя Алексея Михайловича и его детей — Федора и Софьи, осуществляемые боярином Артамоном Матвеевым и князем Василием Голицыным, могли бы дать пусть не столь скороспелый, но более питательный плод. Средства, которыми осуществлялись реформы Петра, были однозначно аморальны и нетерпимо жестоки. Ссылки на то, что так было и в иных странах в то время, — ничего не значат. Десять заповедей не релятивизируются ни в какое время и никакой распространенностью преступления их. Более того, из аскетики хорошо известно, что дурные средства никогда не приближают к благой цели, но только отдаляют от нее или перечеркивают саму цель. Цель, ради достижения которой надо нарушать заповеди и творить зло, однозначно именуется соблазном и считается происходящей «от лукавого».
Современники Петра отнюдь не были наивными простачками, не понимавшими «исторического значения» его великих реформ. Но царь Петр и большинство его подданных мыслили в разных системах ценностей. Для Петра слава и величие России были высшей целью, целью «любой ценой». Не воспитанный религиозно, он в своих действиях не имел моральных сдержек и шел к цели напролом. Его подданные усматривали во многих действиях царя похоть славы, личного величия и личного же блага. Они видели, какой ценой достаются победы России, и не верили, что так достигнутое послужит на пользу Отечеству. В Преображенский приказ доносили, что народ шептал: «„Мироед, весь мир переел. На него, кутилку, переводу нет, только переводит добрыя головы… Он дворян всех выволок на службу, крестьян разорил с домами”, а жен их „осиротил и заставил плакать век… Если он станет долго жить, он и всех нас переведет”». А личное поведение царя и его «птенцов» весьма соблазняли народ и разрушали христианскую нравственность. Знающие Писание вспоминали слова апостола Иакова: «Похоть, зачавши, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1:15) — и ничего хорошего от петровских реформ не ждали. ХХ век наглядно показал, что правее были они, а не те, кто объявлял Петра спасителем и строителем России. То, что скрывала Петербургская эпоха, обнажила революция и советчина. Россия вновь сжалась до Московии, а от всех реформ Петра осталось людодерство, безверие, нравственный релятивизм и характерная любовь Сталина к великому предшественнику. Может быть, мы были бы дальше, ежели б ехали тише?
...
http://azbyka.ru/tserkov/istoriya/zubov_revoluciya_01-all.shtml
=================================================================

elenakozl

А чего ты от Петра-то берешь? Бери уж сразу от Владимира.

Yakoffsax

не читал, но поставил минусик до -666!

Sergey79

Если бы Петр, как православный христианин, трепетал перед тайной действия Духа Святого в Церкви, он никогда бы не решился ради достижения любых земных благ вторгаться в освященный многовековой традицией строй церковной жизни
ну это уже явное субъективное мнение написавшего.
Именно православному христианину может быть больно наблюдать нестроение в церкви и желание что-то исправить.
Как, например, сейчас: сердца православных с болью смотрят на то как церковь играет роль гбшной подстилки, и мечтают что-то исправить.

3deus

сердца православных с болью смотрят на то как церковь играет роль гбшной подстилки, и мечтают что-то исправить
Даге, что с тобой? Пишешь такой бред, прямо как Руслан :ooo:
Причем этот бред даже не относится к контексту фразы, которую ты процитировал. Прочитай, пожалуйста, внимательнее! Одно дело использовать Церковь для достижения своих земных сиюминутных целей (как Петр Первый) и совсем другое — хотеть каких-то положительных изменений ради самой Церкви, Богоугождения и спасения души для вечной блаженной жизни.

Sergey79

ну Петр1 вообще был атеистом. Так что странно что тут вообще нужно что-то обсуждать.

fhfoihjkjhgjy

ну Петр1 вообще был атеистом.
 Он был верующим, но прекрасно понимал, что церковь - это всего лишь институт, пользующийся простодушием граждан с целью наживы. Поэтому Петр 1 не церемонился с церковью.
Его высказываение о библии и боге:
«Сия книга премудрее всех книг: она учит познавать Бога и творения Его…Учиться небесному – отвергнуть должно земные страсти», «Кто не верует в Бога, тот либо сумасшедший, или с природы безумный. Зрячий Творца по творениям познать должен»

3deus

Так что странно что тут вообще нужно что-то обсуждать
Думал, что ты отвечал в контексте всего повествования, а ты вырвал импликацию про православного христианина и говоришь о субъективности этой импликации. Это же гуманитарный текст, а не богословский/математический трактат!
Если бы Петр, как православный христианин, трепетал перед тайной действия Духа Святого в Церкви, он никогда бы не решился ради достижения любых земных благ вторгаться в освященный многовековой традицией строй церковной жизни

Но если заниматься буквоедством, даже в этом вырванном тобой кусочке есть слова: "ради достижения любых земных благ", которые не позволяют понимать его так, как понял его ты и не согласился:

Именно православному христианину может быть больно наблюдать нестроение в церкви и желание что-то исправить.

 
Как бы то ни было, очень странно слышать от тебя "русланообразный" комментарий про гб :(

sven1969

кстати, учитывая любовные истории Екатерины Великой, не факт, что Николай 2 был потомком Петра 1
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: