умер Василий Алексанян

Xela

RIP

a100243

кто это?

FieryRush

Замученный гебней юкосовец.

wsda32

отмучился.
Сгноили человека, уроды.

stm7929259

ок

raushan27

Теперь очередной партии ворочиновников заблокируют счета и выезд в шенген.

Andrey56

Сгноили человека, уроды.
ага, быстрее надо было лекарство от рака и спида искать.

nbjy

да, поиздевались над ним знатно - вызывает уважение тем, что не сломался.
Их надо знать поименно...
СЛЕДОВАТЕЛИ
БАСТРЫКИН Александр Иванович, руководитель Следственного комитета при прокуратуре. Контролировал расследования по «делам ЮКОСа», включая дела Ходорковского и Лебедева, Алексаняна, Бахминой, Вальдес-Гарсия и других. Осуществлял непосредственное руководство подчинёнными следователями.
БИРЮКОВ Юрий Станиславович, первый заместитель Генерального прокурора (с июня 2000 г. по июнь 2006 г.). Через сменявшихся руководителей «следственной группы» обеспечивал постоянный характер преследований – санкционировал обыски в адвокатских бюро и банках, изъятия адвокатских досье и банковских документов. С целью воспрепятствования хозяйственной деятельности, дал указание об аресте банковских счетов предприятий группы ЮКОСа. Санкционировал возбуждение уголовных дел по материалам в отношении Алексаняна.
ГРИНЬ Виктор Яковлевич, заместитель Генерального прокурора. Санкционировал и настаивал на содержании под стражей тяжело больного Алексаняна, направил его дело в суд, сознавая смертельно опасный характер своих действий.
КАРИМОВ Салават Кунакбаевич, старший следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры, советник Генерального прокурора. Руководил следственными группами по расследованию первого дела Ходорковского-Лебедева, а также дела Невзлина, Бахминой, Алексаняна и других. В 2008 году, выступая в Верховном суде, Василий Алексанян, один из осужденных по «делу ЮКОСа», сообщил присутствующим, что в ходе следствия Каримов лично предлагал ему сделку - «освобождение в обмен на показания против Ходорковского и Лебедева». Алексанян отказался, после чего, по его словам, были резко ухудшены условия его содержания, а ВИЧ-инфекция за полтора года прошла путь, который при надлежащем лечении занимает 10—12 лет.
Приведем фрагмент заседания в ВС:
«22 ноября 2006 года прокуратуре стало понятно, что с Алексаняном проблемы (к 22 ноября была готова судебно-медицинская экспертиза, которую ВИЧ - инфицированному Алексаняну делали беспрецедентно долго - три месяца) Потому что болезнь единственная имеет юридическое определение в законе – смертельное, неизлечимое заболевание. Это приговор, который нельзя обжаловать. Смерть не обжалуется. Я готов за каждое свое слово ответить, что я сейчас произнесу. Тогда предварительное следствие находилось полностью под контролем прокуратуры. И что происходит?
28 декабря 2006 года меня под предлогом ознакомления с какими-то материалами вывозят в здание Генеральной прокуратуры. Я объясняю, почему я до сих пор в тюрьме, и для чего я сижу, умирая здесь. И следователь Каримов Салават Кунакбаевич лично, как оказалось, тогда он только готовил новые абсурдные обвинения против Ходорковского и Лебедева, предлагает мне сделку. Адвокаты здесь присутствуют. При них меня привели к нему, нас оставили одних. Он мне сказал: руководство Генеральной прокуратуры понимает, что вам необходимо лечиться, может быть, даже не в России, у вас тяжелая ситуация. Нам, говорит, необходимы ваши показания, потому что мы не можем подтвердить те обвинения, которые мы выдвигаем против Ходорковского и Лебедева. Если вы дадите показания, устраивающие следствие, то мы вас выпустим. И предложил мне конкретный механизм этой сделки. Вы пишите мне заявление, чтобы я перевел вас в ИВС на Петровке 38, и там с вами следователи недельку или две активно поработают. И когда мы получим те показания, которые устроят руководство, мы обменяем их, как он выразился, подпись на подпись, т.е. я вам кладу на стол постановление об изменении меры пресечения, а вы подписываете протокол допроса.
При этом он меня всячески убеждал это сделать и демонстрировал мне титульные листы допросов якобы других лиц, которые согласились помогать следствию. Но я не могу быть лжесвидетелем, я не могу оговорить невинных людей, я отказался от этого. И я думаю, какое бы ужасное состояние мое ни было сейчас, Господь хранит меня, потому я этого не сделал, я не могу так покупать свою жизнь. (СУДЬЯ РАЗРЕШАЕТ АЛЕКСАНЯНУ СЕСТЬ). Дальше мне резко ухудшили условия содержания. Вот этот изолятор СИЗО № 99/1 - это спецтюрьма, она вообще не публичная, ее еще найти надо. Там сидит не больше ста человек в самый пиковый период. Меня в таких камерах держали! Они еще Берию помнят и Абакумова! Там плесень, и грибок, и стафилококк съедают заживо кожу вашу. Это при том, что люди знают, что у меня иммунитет порушен. Это фашисты просто!».
В настоящее время Салават Каримов – по-прежнему является советником генпрокурора Чайки.
ЛАХТИН Валерий Алексеевич, старший прокурор второго отдела по надзору за расследованием уголовных дел в Следственном комитете при прокуратуре управления по надзору за расследованием особо важных дел Генеральной прокуратуры. Являясь одним из надзирающих прокуроров за действиями следственной группы, именно он несет непосредственную ответственность за пытки в отношении Алексаняна, так как лично инициировал его содержание под стражей, допрашивал и отказывался отпустить на свободу, зная о заболеваниях обвиняемого.
РУСАНОВА Татьяна Борисовна, можно сказать «боевая подруга» и ближайшая помощница Салавата Каримова в том, что касается «дела ЮКОСа». Официальная должность - заместитель руководителя отдела Главного следственного управления Следственного комитета при прокуратуре. До 2007 года - следователь следственной группы Генеральной прокуратуры, управление по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры. После 2007-го – следователь следственной группы Главного следственного управления Следственного комитета при прокуратуре, младший советник юстиции. В составе следственных групп осуществляла преследование сотрудников ЮКОСа: Ходорковского, Лебедева, Алексаняна, Бахминой, Невзлина, Малаховского, Переверзина и Вальдес-Гарсии. Систематически оказывала незаконное давление на свидетелей и обвиняемых с целью вынудить их давать ложные показания. Причастна к составлению обвинительных заключений и самих обвинений.
По словам, Василия Алексаняна, сказанным им в том же Верховном суде в январе 2008 года, Русанова в ходе его допроса предлагала ему ту же сделку, что и ее шеф Каримов - свободу и лечение в обмен на показания против Ходорковского и Лебедева. «15 ноября (2007 года – В.Ч.) мне продлили срок содержания под стражей, а 27 ноября ко мне заявилась следователь Русанова Татьяна Борисовна, которая всегда была помощницей ближайшей Салавата Кунакбаевича Каримова, который сейчас советник генпрокурора Чайки, если кто не знает. И сделала мне опять то же самое предложение, в этот раз в присутствии одного из моих защитников, который сейчас в зале находится: дайте показания и мы проведем еще одну судебно-медицинскую экспертизу и выпустим вас из-под стражи. Это преступники!», - рассказывал на суде Алексанян.
ХАТЫПОВ Радмир, старший следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры, советник юстиции. Добивался содержания под стражей тяжело больного Алексаняна. Наравне с Каримовым и Русановой также предлагал последнему сделку – лечение в обмен на показания. Выдержки из выступления Алексаняна в Верховном суде 22 января 2008 г.: «В апреле месяце <2007 года> следователь Хатыпов – я называю фамилию, потому что эти люди когда-нибудь должны понести ответственность, - говорит моей защитнице, присутствующей здесь: пусть он признает вину, пусть он согласится на условия и порядок, и мы его выпустим. Все это время, между прочим, мне не то что лечение не назначали, меня не хотели вывозить даже на повторные анализы. Это пытки, понимаете. Пытки! Натуральные, узаконенные пытки! <Они говорят> я отказывался от лечения! Это бред! Вы меня сейчас видите по телетрансляции, видимо, в черно-белом изложении. Если бы вы сейчас увидели <меня> в зале суда, вы бы ужаснулись. У меня на лице написаны следы от последствий тех заболеваний, которые я ношу сейчас на себе. <Они> хотят создать на мне прецедент, преюдицию. Мы законники, мы понимаем, по ст. 90 УПК. Им не надо ничего доказывать уже против Ходорковского и Лебедева, и других руководителей. В июне месяце <2007 года> тяжелое обострение началось. Три недели каждый день я умолял, чтобы меня вывезли к врачу. А они вместо этого даже ограничивали передачу мне обычных лекарств, которые боль снимают, болевой шок. Понимаете, что они делали! Дьявол в деталях. Меня морили голодом, холодом, я год одетый спал. Два градуса, три градуса. Вода по стенам течет. Плесень. Это XXI век. Вы что делаете! Ну, не вы, а власти. Что делаете?! <…> Довели до того, что врачи уже с ужасом на меня смотрят. Вы знаете, что значат эти показатели, что оглашала Елена Юлиановна <Адвокат Елена Львова рассказала суду, что у ВИЧ –инфицированного Алексаняна иммунный статус 4%, а вирусная нагрузка – более миллиона копий в миллилитре>? Больше миллиона и 4%. Это на два трупа хватит. Больше ста тысяч, и уже врачи за голову хватаются. У них прибор зашкаливал».
ВЛАСОВ Николай Васильевич, старший прокурор отдела по поддержанию государственного обвинения управления по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел Генеральной прокуратуры. Сотрудник Генпрокуратуры, советник юстиции. Будучи еще рядовым советником юстиции, добился тюремного заключения для заместителя начальника правового управления «ЮКОСа» Светланы Бахминой. Власов настаивал на том, что дети детьми, а наказать ее стоит все-таки по всей строгости закона. ИТОГ: в апреле 2006-го Бахмину приговорили к 7 годам лишения свободы за хищение и неуплату налогов, в сентябре Мосгорсуд уменьшил срок наказания на полгода. После оглашения приговора прокурор Власов заявил, что «суд вынес правомерное решение», разобравшись «с тяжелым делом».
В том же Симоновском суде Власов являлся гособвинителем по делу Василия Алексаняна, арестованного по обвинению в хищении акций «Томскнефти» и имущества Восточной нефтяной компании и отмывании и легализации денежных средств. Пытаясь не допустить истечения сроков уголовного преследования, настаивал на продолжении преследования тяжело больного человека. Алексаняна продержали в СИЗО более 2,5 лет, несмотря на обнаруженный у него ВИЧ, и заработанные в заключении туберкулез и рак лимфатических узлов. В конце 2008 г. Алексаняна наконец отпустили под залог в 50 млн руб., но спустя пару месяцев в дело вмешался прокурор Власов, усомнившись в достоверности данных о состоянии здоровья подсудимого. Для проверки этих сведений обвинитель инициировал перерыв в суде. Процедура прекращения дела в отношении Алексаняна заняла еще полтора года – только в июне 2010 г. Симоновский суд за истечением срока давности согласился прекратить процесс, при этом, правда, так и не поставив диагноз виновности или невиновности бывшего сотрудника ЮКОСа.
ГАНИЕВ Фарит, следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры, Следственного комитета. В составе следственных групп осуществлял преследование по делам Ходорковского, Лебедева, Алексаняна, Бахминой, Ивлева, Малаховского, Переверзина, Вальдес-Гарсии и др.
ЮРЗДИЦКИЙ Игорь, следователь следственной группы Генеральной прокуратуры, юрист 2 класса. В составе следственных групп осуществлял преследование сотрудников ЮКОСа. В том числе Василия Алексаняна.
МАРКЕЛОВ Сергей, исполняющий обязанности руководителя Главного следственного управления Следственного комитета при прокуратуре. Осуществлял непосредственное руководство следствием по делу против Ходорковского, Лебедева, Алексаняна, Переверзина, Малаховского и Вальдес-Гарсии. Прикрывал интересы лиц, непосредственно осуществлявших репрессии, отказывая в удовлетворении ходатайств и жалоб защите Ходорковского и Лебедева.
ТУМАНОВ Михаил. Старший следователь по расследованию особо важных дел Генеральной прокуратуры. Возглавлял расследование по делам в отношении Невзлина, Бурганова, Гололобова, Бахминой, Ходорковского, Лебедева, Алексаняна. Задерживал и брал под стражу обвиняемых, расследовал дела (не менее шести) направлял в суд.
АЛЫШЕВ Валерий Алексеевич. Руководитель первого отдела управления №2 по расследованию особо важных дел ГСУ СК при прокуратуре РФ. С 2003 г. входил в следственную группу Салавата Каримова. В составе следственных групп осуществлял преследования Алексаняна и других сотрудников ЮКОСа.
ИОГАН Александр Владимирович, следователь следственной группы Генеральной прокуратуры, советник юстиции, до этого - следователь по особо важным делам прокуратуры Курганской области. В составе следственных групп осуществлял незаконное преследование Ходорковского, Лебедева, Алексаняна, Бахминой и др.
ЛЮТОВ Е.А. Старший прокурор отдела по надзору за расследованием особо важных дел управления по расследованию особо важных дел Генеральной прокуратуры. Поддерживал в Басманном суде 23.08.2006 года ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей до 02.12.2006 года тяжело больного Алексаняна.
________________________________________
СУДЬИ
ДУДАРЬ Наталия Николаевна, судья Басманного районного суда Москвы. В свое время продлевала содержание под стражей тяжело больному Алексаняну.
РАСНОВСКИЙ Андрей Владимирович, судья Мосгорсуда. Отказал в удовлетворении ходатайства об освобождении тяжело больного Алексаняна.
ТРУБНИКОВ Александр Николаевич, судья Басманного суда. В свое время продлил срок содержания под стражей Алексаняну.
ЯРЛЫКОВА Елена Николаевна, бывшая судья Басманного суда. Избирала содержание под стражей Алексаняну.
В сентябре 2009 г. квалификационная коллегия судей города Москвы досрочно прекратила полномочия судьи Ярлыковой: она поплатилась за то, что освободила в зале суда не того заключенного.
МУШНИКОВА Наталья Евгеньевна, судья Басманного районного суда Москвы. Вынесла постановление о продлении срока содержания под стражей Алексаняна, отказывала в удовлетворении жалоб защиты на действия следствия.
КУЗНЕЦОВА Н.С., судья Мосгорсуда. Продлила содержание под стражей Алексаняна.
НАЙДЕНОВ Евгений, судья Мосгорсуда. В «деле ЮКОСа» засветился дважды. Первый раз – как следователь Генпрокуратуры, когда его обвинение обернулось для бывшего начальника службы безопасности нефтяной компании Алексея Пичугина 20-тью годами тюремного заключения. Затем, впрочем, новые обвинения и новые приговоры утяжелили наказание до пожизненного срока. Из пожизненного срока 20 лет тюрьмы для Пичугина в 2005 году добился лично Евгений Найденов. Во второй раз Найденов столкнулся со скандальным делом уже в судейской мантии – в марте 2008 г., уже будучи председателем Кассационной коллегии Мосгорсуда отказался изменить меру пресечения смертельно больному Василию Алексаняну, помимо обнаруженного у него вируса ВИЧ заработавшего в тюрьме туберкулез и рак лимфатических узлов.
НЕДЕЛИНА Ольга Анатольевна, судья Симоновского районного суда Москвы. Приняли активное участие в преследовании Алексаняна – продлевали срок содержания под стражей, оставили его под стражей на период лечения, возобновили приостановленное дело, при прекращении производства по делу оставили всё его имущество под арестом.
РЫЖОВА Анастасия Васильевна, судья Мосгорсуда. Отказала в удовлетворении жалобы на постановление о продлении содержания под стражей Алексаняна.
ОРЕШКИНА Ирина Владимировна, судья Симоновского районного суда Москвы. Приняла решение о наличии в действиях Алексаняна признаков преступления, санкционировала обыски, отказывала в помещении в стационар тяжело больного обвиняемого.
КОРНЕЕВА Татьяна Павловна, судья Симоновского районного суда Москвы. Родилась в 1954 году. Приговорила бывшего замначальника правового управления ЮКОСа Светлану Бахмину к семи годам колонии. Продлевала срок содержания под стражей тяжело больному Алексаняну.
«Дело Магнитского»: Судья, которая разрешила открытие уголовного дела против адвоката Фонда Hermitage 26 ноября 2008 года, утверждая, что после того, как компании были незаконно присвоены, их директора больше не могут выпускать Доверенности, и адвокаты не могут представить их, чтобы бороться за возвращение компаний. Судья приняла как подтверждающие свидетельства документы, которые были представлены чиновником МВД Кузнецовым и его подчиненными, в ответ на то, что они были ранее упомянуты адвокатами Hermitage в нескольких жалобах относительно злоупотребления служебным положением и мошенничестве на $230 миллионов.
ПИЛЬГАНОВА Вера Михайловна, судья Басманного районного суда Москвы. Продлевала срок содержания под стражей тяжело больному Алексаняну
ФОМИН Дмитрий Анатольевич, судья Московского городского суда. Продлил содержание под стражей тяжело больному Алексаняну.
ЕГОРОВА Ольга Александровна, председатель Московского городского суда. По данным защиты бывших сотрудников ЮКОСа, руководила деятельностью всех судей г. Москвы, направленной на допущение привлечения к уголовной ответственности, заключение под стражу, одобрение незаконных следственных действий и осуждение заведомо невиновных Ходорковского, Лебедева, Алексаняна, Бахминой и многих других лиц в рамках дел ЮКОСа.
________________________________________
ТЮРЕМЩИКИ
Тагиев Фикрет, начальник СИЗО 77/1 («Матросская Тишина»). Совершал незаконные действия при содержании в СИЗО Алексаняна. Отказывал ему, а также Платону Лебедеву в медицинской помощи, ухудшал условия пребывания обвиняемых в тюрьме.
Калинин Юрий, во времена нахождения Алексаняна в «Матросской тишине» - директор Федеральной Службы исполнения наказаний МЮ РФ, затем заместитель министра юстиции. Знал о том, что Алексануну не оказывают помощь в тюрьме.

Valeryk

На ленте хорошая статья вышла:
Непрощенный и непростивший
Умер бывший топ-менеджер "ЮКОСа" Василий Алексанян
В своей московской квартире в окружении родных и близких умер бывший главный юрист "ЮКОСа" Василий Алексанян. Он провел в СИЗО почти три года, несмотря на то, что у него выявили ряд смертельных заболеваний. От Алексаняна требовали дать показания на Михаила Ходорковского в обмен на доступ к медпомощи, но он отказался.
Весной 2006 года Алексанян на короткое время возглавил "ЮКОС", так как все руководство компании к тому времени оказалось за решеткой. До этого времени его фигура не была особо публичной. Он появлялся на судебных процессах в качестве одного из адвокатов Ходорковского, но тем не менее играл ключевую роль в "ЮКОСе", возглавляя его правовое управление.
Алексаняна арестовали в рамках расследования дела о хищениях из "Томскнефти" на сумму в 12,7 миллиарда рублей. Эта "дочка" "ЮКОСа" стала основным поставщиком материалов, на основании которых возбуждались дела в отношении руководства нефтяной компании. Эпизоды с хищениями акций и имущества "Томскнефти" фигурируют в обвинительных приговорах Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву, бывшему юристу "ЮКОСа" Светлане Бахминой и экс-управляющему самой "Томскнефти" Сергею Шимкевичу.
Впоследствии начальнику правового управления "ЮКОСа" предъявили обвинение в уклонении от уплаты налогов с физического лица в размере трех миллионов рублей. Кроме того, его лишили статуса адвоката.
Алексанян мог бы так и остаться одним из многочисленных фигурантов дел, связанных с "ЮКОСом". Разбираться в хитросплетениях экономических преступлений, реальных или, как утверждают обвиняемые и их защитники, выдуманных следствием, не всякому специалисту по плечу. Однако гуманитарный аспект в деле Алексаняна привлек внимание общественности к плачевному состоянию российской пенитенциарной системы еще задолго до смерти Сергея Магнитского, после которой во ФСИН и начались реформаторские движения.
Перед новым 2008 годом Алексанян через своих адвокатов распространил обращение, в котором заявил, что ему систематически отказывают в медицинской помощи, добиваясь обличающих показаний на Ходорковского и Лебедева. По словам заключенного, ему требовалась химиотерапия для лечения смертельно опасного заболевания, выявленного вскоре после его помещения под арест. Тюремное руководство знало об этом, но не предпринимало никаких мер. Позднее о своем пребывании в СИЗО Алексанян поведал Верховному суду, который также не сделал никаких оргвыводов.
В правоохранительных органах на жалобы заключенного не реагировали. Вместо этого началась подготовка к судебному процессу. На одном из предварительных заседаний прокурор незаконно разгласил личные данные подсудимого, назвав его диагноз.
Василий Алексанян в Симоновском суде Москвы, 2008 год. Фото ИТАР-ТАСС
Судить Алексаняна начали в конце января 2008 года. Суду потребовалась неделя, чтобы признать очевидное: обвиняемый просто не переживет длительный процесс. Тем не менее, оставался открытым вопрос о том, как и где лечить смертельно больного заключенного. Суд самоустранился от решения этого вопроса, отметив, что он находится "в компетенции медицины, а не юриспруденции".
Поначалу казалось, что Алексаняна попытаются лечить в СИЗО. Чем это закончилось в случае с Магнитским - хорошо известно. Но затем здравый смысл отчасти возобладал, и Алексаняна перевели в 60-ю горбольницу, сохранив меру пресечения в виде ареста. При лежачем больном неотлучно находились конвоиры, что создавало определенные трудности при проведении необходимых процедур, так как любые перемещения по территории больницы приходилось согласовывать с тюремным начальством.
Тем не менее, состояние Алексаняна продолжало ухудшаться. Время было безвозвратно упущено, так как в СИЗО ему не могли оказать качественные медицинские услуги. Для лечения бывшего "юкосовца" требовались особые условия, а возможно, даже и направление за границу.
Только в конце 2008 года при очередном обжаловании продления ареста суд согласился отпустить Алексаняна под залог, определив его размер в 50 миллионов рублей. Таких денег у родных бывшего главного юриста "ЮКОСа" не оказалось, и на то, чтобы собрать требуемую сумму, потребовался почти месяц. Перед самым новым 2009 годом с больничной палаты наконец была снята охрана, а еще через две недели врачи перевели Алексаняна на домашний режим, категорически запретив ему посещать места массового скопления людей, в том числе и судебные заседания, чтобы не подцепить какую-нибудь инфекцию, которая могла оказаться фатальной для его ослабленного иммунитета.
Однако в начале 2009 года процесс по делу Алексаняна был возобновлен, и развернулась настоящая битва за то, чтобы обеспечить его явку в суд. От адвокатов требовали все новые и новые справки, подтверждающие, что их клиент действительно может умереть в любой момент. Под конец суд решил, что обвиняемый должен лично изложить свое мнение о результатах медицинской экспертизы. Речь шла о рассмотрении ходатайства о новой остановке процесса до того момента, когда Алексанян сможет лично принять в нем участие.
Даже прокурор Николай Власов согласился с необходимостью прекратить бюрократию и дождаться улучшения состояния подсудимого. При этом обвинитель несколько цинично отметил, что письменное мнение Алексаняна суду необходимо, потому что вдруг он все же захочет участвовать в процессе, несмотря на слабое здоровье.
Судебные мытарства Алексаняна завершились только летом 2010 года, когда у его дела истек срок давности и оно было закрыто. Впрочем, и в этот раз суду потребовалось личное присутствие тяжело больного человека для вынесения формального решения. В итоге уголовное преследование Алексаняна было прекращено по нереабилитирующим обстоятельствам, то есть его фактически признали преступником. Но вряд ли в сложившихся обстоятельствах это его сильно волновало.
После прекращения дела Алексаняну вернули залог и разрешили выехать из России на лечение за границу. Он прошел курс терапии в Израиле, но позитивной динамики достичь не удалось. Василию Алексаняну было 39 лет.
http://lenta.ru/articles/2011/10/04/alexanyan/

atsel

* Интересный список, Гоби.
В нем любой судья или следователь мог бы быть - пару лет поварился в системе,
и шерсть с когтями отрастают без всякого полнолуния.

wsda32

Лучший некролог - от Ходорковского. Слёзы на глаза навернулись, когда я прочитал:
novayagazeta
Михаил Ходорковский о Василии Алексаняне и его мучителях
Впервые я встретил этого высокого, худого, черноволосого парня около 15 лет назад. Тогда ему было, по-моему, 25 лет, он закончил МГУ и Гарвард.
Не заметить настоящий талант - трудно. Через короткое время Василий Алексанян стал начальником правового управления ЮКОСа – второй, а затем и первой крупнейшей российской нефтяной компании.
Росла компания, и он рос вместе с ней. Огромные международные контракты на миллиарды долларов, сражения в российских и зарубежных судах, создание современной электронной технологии формирования управленческих решений (то, к чему наше правительство планирует прийти лишь к 2012 году, то есть более, чем через 10 лет!). Ко всему перечисленному приложен его светлый, острый ум.
Вася совсем не был святым, любил широко гульнуть, любил красивые машины, женщин. В общем, он любил жизнь во всех ее проявлениях, при этом оставаясь крепким, абсолютно надежным профессионалом.
Когда я оказался в тюрьме, - он стал моим адвокатом и опять сражался в суде, догадываясь, но не веря, что все уже решено. А потом – с той же энергией и безрассудной смелостью – пытался спасти компанию.
Ему угрожали, ведь он реально мешал грабить. Но, будучи юристом до мозга костей, - Вася до конца не верил в правовой беспредел. Он надеялся, что, действуя по закону, возможно отстоять права десятков тысяч акционеров ЮКОСа.
Арест и тюрьма по фальшивому обвинению стали платой за веру в право и правосудие.
Но и в тюрьме Василий оставался прежним - юристом и человеком чести.
К тому моменту он был смертельно болен в результате заражения при экстренном переливании крови после аварии. Начавшее после того же случая падать зрение в тюрьме превратилось в настоящую слепоту. Но он по-прежнему тщательно прочитывал, а затем, фактически ослепнув, - слушал многостраничные юридические документы и давал к ним свои комментарии. Комментарии, которые могли бы кого-то спасти от ложных обвинений. Могли бы, если бы существовал суд.
Ему предложили сделку:
- Вы даете нужные показания на руководство компании, и мы Вас отпускаем лечиться. Вам же это необходимо!
- Какие показания?
- Те, которые, скажем…
Он отказался. Они лишили его так необходимого ему лечения. И за два года тюрьмы болезнь прошла все стадии, до последней. Смертельной.
Это – люди?
Только когда уже ничего нельзя было поправить, под давлением возмущенной общественности, Васю перевели в больницу, приковав больного, которому делают химиотерапию от рака, - наручниками к кровати!
Это – люди?
Он не сдался. Он боролся в суде, а судьи раз за разом отказывались остановить процесс, чтобы дать возможность Васе нормально лечиться, отказывались выпустить его из тюрьмы, «не доверяя» медикам, говорившим, что человек умирает…
И только после возмущения общественности, издевательство было прекращено.
Но и потом, зная, что вылечить уже ничего нельзя, - судья и прокурор пытались возобновить судебный процесс. Зачем это бюрократам – понятно: у них отчетность.
Но разве это – люди?
До конца Вася пытался помочь тем, перед кем ощущал ответственность. Ответственность друга, ответственность адвоката. Пытался диктовать правовые комментарии, предлагал дать показания, интервью.
Последний раз – за месяц до своей тяжелой смерти.
Этот, еще молодой, парень оказался Человеком, для которого честь дороже жизни. Жизни, которую он так любил.
Они отняли у него жизнь, и отняли его у семьи…
«Они» - те, кто названы им пофамильно. Но в нашей стране только Бог «им» судья.
А он мог бы еще многое успеть…
Вечная ему память.
Михаил Ходорковский для «Новой» http://www.novayagazeta.ru/data/2011/111/31.html
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: