Интервью с завкафедрой матлогики и теории алгоритмов мехмата МГУ

tamar77

 отсюда
Разговоры с профессорами
Владимир Успенский, математик, лингвист: «Кажется, что студенты в среднем стали умнее»

«Афиша» продолжает публиковать интервью с лучшими преподавателями московских вузов. Третье — с завкафедрой матлогики и теории алгоритмов мехмата МГУ, одним из создателей лингвистического образования в России, который рассказывает, почему профессор не должен формировать личности и как бороться с лженаукой.
Интервью: Петр Фаворов
27 апреля


— Должен ли профессор не только давать знания, но и формировать личность?
— Сомнительно. Да пожалуй, можно ответить и более категорично — не должен. Другое дело, что он не в состоянии не участвовать в этом формировании, поскольку в формировании личности любого человека непроизвольно участвуют все, с кем этот человек соприкасается в жизни (в том числе соприкасается и заочно, как с авторами и героями читаемых книг). Но, как я понял, вы имеете в виду сознательное формирование. Сознательно же формировать личность, на мой взгляд, не должен никто, кроме родителей. Я шестьдесят лет жил при советской власти, которая весьма целенаправленно и не без успеха занималась формированием личности — и в результате сформировала особую этническую, а то и биологическую, общность под названием «советский человек». Я сам принадлежу к такой общности и вижу, что ни к чему хорошему подобное сознательное формирование не привело.
— Я не имел в виду обязательно осознанного формирования. Должен ли, к примеру, университетский профессор служить моральным примером? Может ли плохой человек быть хорошим преподавателем?
— Конечно, неплохо, когда кто-то служит моральным примером, университетский профессор, в частности. Но я бы не сказал, что он обязательно должен таким примером служить. А плохой человек, безусловно, может быть очень неплохим преподавателем.
— Кто был ваш любимый университетский преподаватель — и кто из них вас больше всему научил?
— В Московском университете, на мехмате, мне посчастливилось слушать лекции двух совершенно выдающихся математиков и одновременно совершенно выдающихся лекторов (а эти две характеристики совпадают отнюдь не всегда). Это Израиль Моисеевич Гельфанд и Петр Сергеевич Новиков. Гельфанд читал обязательный курс интегральных уравнений для четверокурсников; лекции Новикова по математической логике и по дескриптивной теории множеств были совершенно факультативны и предназначались для всех желающих. На лекции Гельфанда ломились с других факультетов. На лекциях Новикова вряд ли присутствовало более пятнадцати человек, из коих студенты МГУ были в меньшинстве; один раз я предупредил Петра Сергеевича, что не смогу быть на следующей лекции (причину я не помню, но она должна была быть чрезвычайной и тогда он ее отменил. Лекции Гельфанда поражали своей филигранной отточенностью и продуманностью, и лектор нередко издевался над непонятливостью тех, кто осмеливался задать ему вопрос. Лекция Новикова могла целиком состоять из исправления ошибок предыдущей лекции или из ответа на какой-либо вопрос: математика творилась непосредственно в аудитории. Больше всему научил меня Новиков. Своим математическим, да и не только математическим, мировоззрением я во многом обязан ему. Он был самый глубокий мыслитель из тех, кого я встречал.
— В чем секрет хорошей лекции?
— Об этом надо спросить хороших лекторов. Если у меня спрашивают совета на эту тему, я обычно отвечаю, что преподавание тогда оказывается успешным, когда оно доставляет удовольствие преподающему.
— Какой аспект преподавательской работы доставляет вам наибольшее удовольствие?
— Пожалуй, наибольшее удовольствие получаешь, когда удается что-нибудь сложное доходчиво объяснить. И тогда оказывается, что это сложное на самом деле было не столь уж сложным, а только традиционно считалось таковым. Так, сравнительно недавно я предпринял попытку разъяснить нематематикам формулировку той проблемы Пуанкаре, которая решена нашим гениальным соотечественником Перельманом. В этой формулировке много непонятных слов, но каждое из них можно объяснить — хотя бы огрубленно, без точной математики.
— Как менялись лекции и лекторы за те полвека, что вы работаете в МГУ?
— Сперва лучшие лекторы умирали, потом стали уезжать из России. Лекции менялись соответственно.
— Вы без любви отзываетесь о советской власти, но и в настоящем видите мало поводов для оптимизма. Почему при тоталитаризме наука и образование про­цветали, а сейчас находятся в плачевном состоянии?
— Мое отношение к советской власти, при которой я существовал шестьдесят лет, подмечено вами верно. Что до процветания, то следует оговориться, что весь спектр гуманитарных наук при этой власти совершенно не процветал и развивался в формах уродливых. Полагаю, что такие науки, как история, экономика, социология, до сих пор у нас не выздоровели и находятся в неконкурентном состоянии (разумеется, в каждой из них могут иметься, и даже при советской власти имелись, отдельные выдающиеся специалисты). Если что и процветало, то это естественные науки и математика (каковая к естественным наукам не относится). Эти науки нужны были для задач обороны, а этим задачам было подчинено едва ли не все, что происходило в СССР. Впрочем, задачи сохранения идеологии были важнее даже задач обороны. Полезная и даже необходимая для военной техники кибернетика была запрещена; на нее был навешан ярлык буржуазной лженауки на службе американской военщины (казалось бы, в таком случае ее надлежало усиленно развивать, дабы мощь этой военщины опиралась на лженауку, — но нет!). Именно тоталитарный характер государства мог заставить науку работать прямо или косвенно на оборону и тем самым ее, науку, поддерживать. Но иногда поддерживалась и насаждалась лженаука, даже если вести речь о естествознании (о гуманитарных областях нечего и говорить). Биология, как известно, была при Сталине разгромлена, и воцарилось учение «народного академика» Трофима Лысенко. Это учение объявляло идеализмом признание материального носителя наследственности, а материализмом — разлитую в живых существах «жизненную силу». Биология в России долго не могла восстановиться, и не вполне ясно, до какой степени восстановилась сейчас. Так что процветание даже естественных наук было довольно-таки относительным. Но все же, сколь ни неприятно это признавать, выходит, что именно тоталитарность советского строя обеспечивала развитие наук (хотя и наряду с лженауками). В нетоталитарных государствах с развитой наукой есть другие механизмы поддержки науки, которые, увы, отсутствовали и отсутствуют в нашей стране. Кроме того, где еще талантливые и творческие люди могли себя проявить, кроме как в науке и в ее преподавании? Разве что в шахматах — и вот почему советская шахматная школа занимала первенствующее положение в мире. А что касается высшего образования, то мы не следовали западным образцам, а сохраняли у себя десятилетиями, а то и веками наработанную систему. Да, наши дипломы не имели международного статуса, но в условиях непроницаемых границ он был и не нужен. Сейчас в высшем образовании идет так называемый болонский процесс с переходом на бакалавриат и магистратуру; что это такое, никто толком не знает, к тому же, как у нас всегда, все делается впопыхах, на скорую руку. Возможно, когда все устоится, мы получим от этого какую-то пользу, но уверенности в этом нет. Да, наши дипломы будут признаваться за рубежом, но реальную выгоду от этого обстоятельства оценить трудно.
 
«Если мы решили в деле организации высшего образования ползти на карачках за Западом, то надо ползти последовательно»
— Исчезает ли в России искусство чтения лекций?
— Не знаю. Иногда заявляют, что поэзия не исчезнет, пока «жив будет хоть один пиит». Если применить этот тезис к искусству чтения лекций, то обнаружится, что оно не исчезло. Потому что по крайней мере одного блестящего лектора я знаю. Это лингвист Андрей Анатольевич Зализняк.
— Что делает его блестящим лектором?
— На этот вопрос так же трудно ответить, как на вопрос, что именно делает великим великого художника или великого композитора. Прежде всего, у Зализняка чрезвычайно ясное, четкое и последовательное изложение. Оно практически не оставляет места для вопросов, поскольку оказывается, что все, о чем можно спросить, уже разъяснено. Кроме того, Зализняк дает на лекциях домашние задания, и желающие разбирают их у доски. Задания составлены весьма продуманно, и я был свидетелем того, как на четвертой, а то и на третьей лекции по санскриту или по арабскому языку студент разбирает у доски подлинный санскритский или арабский текст.
— Вы преподавали филологам и математикам. Можно ли с первого взгляда отличить студента мехмата от студента филфака?
— Раньше я бы ответил положительно. Теперь же мальчика от девочки не всегда отличишь: унисекс.
— Студенты за эти годы и десятилетия — они больше меняются или больше остаются все такими же?
— Меняются.
— К лучшему или к худшему?
— Известно, что у стариков, каким я являюсь, раньше и кефир был вкуснее, и погода лучше. Элементы этого восприятия студентов я ощущаю и в себе. Тем не менее — если судить по студентам-лингвистам, которым я преподаю, — кажется, что студенты в среднем стали умнее. Чем это вызвано, не знаю.
— Что дает понимание основ математики нематематикам?
— О, многое. Прежде всего — умение отличать понятное от непонятного, осмысленное от бессмысленного, доказанное от недоказанного, истинное от ложного. А также правильно выражать свои мысли. Семантика синтаксических конструкций лучше всего отрабатывается и познается на примере точных формулировок математики.
— Чем плох школьный курс математики?
— А там учат не тому, чему нужно учить в первую очередь и о чем сказано в ответе на предыдущий вопрос. Излишне много тригонометрических уравнений. В результате многие школьники (если не большинство) математику не любят и боятся ее. Создается, впрочем, впечатление, что школа вырабатывает отвращение к любому из преподаваемых предметов.
— Чему должен был бы учить этот курс?
— А вот тому, о чем я уже сказал: умению отличать понятное от непонятного, истинное от ложного и так далее. Дело в том, что именно в математике граница между названными противоположными свойствами ­обозначена особенно резко. В гуманитарных, скажем, науках эту границу не всегда бывает легко разглядеть.

Фотография: Алексей КузьмичевВладимир Успенский со студентами первого курса филологического факультета МГУ, отделение теоретической и прикладной лингвистики
— Сейчас человек в 18 лет должен выбирать между, скажем, мехматом и истфаком, и синтез гуманитарного и естественного знания после этого возможен только на самом примитивном уровне. Является ли это непоправимым недостатком нынешней системы?
— Ну если мы уж решили в деле организации высшего образования ползти на карачках за Западом, то надо ползти последовательно. В американских университетах выбор специальности происходит, насколько я знаю, где-то в конце второго года обучения. Возможно, это и правильно. Кстати, там нет понятия «факультет», а есть понятие «главный предмет». Вы все-таки заставили меня высказать суждение, но я предупреждал, что оно будет отчасти безответственным.
— Синтез гуманитарного и естественного иногда приводит к школе Фоменко–Носовского. Тут и синтез, и популяризаторство — и популярно это гораздо сильнее, чем настоящая наука. Как с этим бороться?
— Да нет там никакого синтеза, а есть надругательство над здравым смыслом. Если Анатолий Тимофеевич Фоменко, известный математик, академик, занялся вопро­сами истории, то это еще не означает, что происходит синтез двух наук. Эйнштейн играл на скрипке, и никто не говорил, что он осуществляет синтез физики и музыки (хотя такой синтез в принципе возможен). Как с этим бороться — не знаю. В споре на публике агрессивная демагогия, как правило, оказывается сильнее истины.
— Почему вы занялись популяризацией науки?
— Все, чем человек занимается, он делает по внутреннему побуждению. Наверное, мне нравится объяснять.

BSCurt

Довольно скучно, листанул до фотки и подумал: что-то многовато-то няшек для мехмата, прочитал подпись - так и оказалось.

BSCurt

Интервью с Михаилом Гельфандом www.afisha.ru/article/mihail-gelfand-biolog/
бодрее вышло, вот кусок:
— Ну если мы получим много денег на зарплаты профессорам и не будем эти деньги воровать, то…
— Вот! Если мы не будем… Вот! Пункт первый: а если мы отменим сочинскую Олимпиаду, то хватит всем, включая врачей и пенсионеров. А пункт второй… Я про это много думал применительно не к образованию, а к науке. И в науке я действительно придерживаюсь точки зрения, что денег там хватает и проблема — в распределении. Причем проблема сразу в двух местах. Одно место — это то, что вы говорите про размазывание тонким слоем. Ну в Академии наук делают сейчас очередную оценку институтов, и они все оказываются высшей категории. Все институты Академии наук — выше мирового уровня. А почему мы при этом в такой жопе — какая-то удивительная загадка. Это такая социалистическая часть. А есть другая часть, когда, наоборот, вдруг вываливаются безумные бабки.
— Капиталистическая часть…
— Вдруг безумные бабки вываливаются, не знаю… В какой-нибудь Курчатовский институт.
— На какого-нибудь заслуженного академика.
— Он не академик. Или уже академик? Нет, ну какой он академик?!
— Я не его конкретно имел в виду.
— Фраза «я не его конкретно имел в виду» означает, что мы как раз его и имели в виду.
— И его в том числе.
— И эти безумные бабки пилятся… Причем слово «пилятся» можно понимать в двух смыслах: можно понимать прямо в криминальном, но это не мое дело — я не Счетная палата. А с другой стороны, это просто применение административного ресурса… Вы можете пилить бабки, даже не воруя, а просто применяя административное давление при выборе конкретных тем. Причем иногда это даже хорошие темы, может быть, не самые лучшие, но хорошие. А иногда это какое-то фуфло. А выяснять, то ли это фуфло втюхивается искренне, то ли это фуфло втюхивается спекулятивно, — это надо быть духовником этой личности. В общем, применительно к науке, я таки да, думаю, что прозрачный рынок — это адекватная система.
и фото няшнее

alexshamina

отделение теоретической и прикладной лингвистики
вот, мне всегда было интересна мотивация поступающих на это отделение и ему подобные? нет, неужели школьник может внятно объяснить зачем он идет на "отделение теоретической и прикладной лингвистики"?
я понимаю, что школьник может интересоваться там химией, физикой, программированием и т.п. но я в жизни не видел ни единого школьника, интересующегося "теоретической и прикладной лингвистики".
однако, туда поступают зачем-то. зачем? :confused:

karim

имхо это единственный интересный раздел математеки

BSCurt

Ваше мнение очень важно для нас
Это даже не "core mathematics".

karim

коры это совсем уныло :)
а через матлингвистику можно изучать как мозги работают например, круто же

BSCurt

а через матлингвистику можно изучать как мозги работают например, круто же
Сомнительно, "логический подход" к AI закончился в общем фэйлом как известно, впрочем, и "биологический" подход тоже.

karim

че за фейл?

BSCurt

лет строить AI и до сих пор не иметь представления как это сделать.

karim

мозги это сверхсложная штука, не следует ожидать какую-то окончятельную модель за жалкие десятилетия :)

aszxdfcv

А сколько времени строилось исчисление бесконечно малых?

BSCurt

А сколько времени строилось исчисление бесконечно малых?
Я где-то слышал выказывание что Ньютон придумал основы матана примерно за то же время которое требуется студентам для изучение этого самого матана.

araukaria777

так этож филфак

aszxdfcv

Ага, а ещё перед этим древние греки выродили саму идею, которая не торопясь развивалась весьма продолжительное время.

araukaria777

недавно наткнулся на это. местами тупняк но есть и лулзы

8888157

а Вейерштрасс его метод обосновал, дык сколько времени прошло...

BSCurt

а Вейерштрасс его метод обосновал, дык сколько времени прошло...
Это уже вопрос оснований (который в конечном итоге привел к логикосрачу конечно, надо в истории математики копаться, но полагаю, что до этого просто хватало интуитивной/идейной правильности обоснований и того что метод работал.

BSCurt

местами тупняк но есть и лулзы
Там скорее столько тупняка, что сплошные лулзы.

NIKTO

Школьник, может, и не отдаёт себе отчёта в том, чем отделение лингвистики ему нужнее, чем все прочие. Но для школьников есть две замечательные штуки - Школа юного филолога, в которой ведут занятия в том числе и лингвисты и часто разбираются вполне лингвистические сюжеты, и Московская олимпиада по лингвистике. В которой в старших классах участвовала и я, хотя вы, сударь, меня, наверно, тогда не видели ;) Так что, по крайней мере, абитуриенты могут понять, чем занимается ОТиПЛ. Ну а полезность и нужность этого отделения - другой разговор, у меня в них сомнений нет.

alexshamina

аж слюни разлетаются от страсти :D

broroman

ещё интерьвью. теперь академик.
> Академик Пивоваров: <<Современная Россия — это сталинская Россия>>
=================================================================
> В Москве наш корреспондент Владимир Ханелис взял интервью у
> российского историка, доктора политических наук, профессора, академика
> Российской академии наук, директора (с 1998 года) Института научной
> информации по общественным наукам, члена научного совета при
> министерстве иностранных дел Российской Федерации, заведующего
> кафедрой сравнительной политологии факультета политологии МГУ (с 2010
> года) Юрия Пивоварова. Он автор более 500 научных работ по
> политической науке, истории и правоведению.
> Родился в 1950 году в Москве. Окончил Институт международных отношений.
> — Как понять ваше высказывание: <<Хорошо здесь никогда не будет...>>?
> — Может быть, это не до конца стилистически выверенная, неосторожная
> фраза. Но я с большим пессимизмом отношусь к рассуждениям (русских
> и нерусских что Россия станет какой-то новой, принципиально
> другой, лучшей страной... Нет.
> По указу президента Медведева в следующем году Россия будет
> праздновать 1150-летие. Это немалый срок. Страна сформировалась,прошла
> свой путь. К этому нужно относиться с уважением. Что-то кажется
> западному человеку в России нонсенсом, что-то его поражает,он
> удивлен дефицитом чего-то... А я отвечаю: нет, господа, это и есть
> главный, нормативный русский путь. Я всегда в этом случае привожу
> слова австрийского правоведа начала XX века Георга Елинека о
> нормативности фактического. Например, то, что называли в советские
> времена <<нарушением соцзаконности>>, было, напротив,
> нормативностью этого режима. <<Мочить>> людей, как любит говорить наш
> премьер-министр. Так и русская история — со всеми ужасами и не
> ужасами — она нормативна. Надеяться на то, что Россия вдруг — оп!
> —превратится во что-то другое, бессмысленно. В России никогда так уж
> хорошо человеку не было. Да, вот у нас так...
>
> — И еще одна ваша фраза: <<Старая русская история закончится, когда
> Россия потеряет Сибирь и Дальний Восток...>> А что с Северным
> Кавказом? Кенигсбергом-Калининградом?
>
> — Все привязались к этой фразе...
>
> — Уж очень она колоритна...
>
> — В Интернете идет сбор подписей, чтобы посадить меня за эту
> фразу <<как изменника Родины и врага народа>>. Что я имею в виду? Я
> совсем не желаю своей стране терять территории или приобретать
> новые. В Сибири и на Дальнем Востоке идут процессы
> депопуляции.Население уменьшается. Люди умирают, люди уезжают. Даже и
> не в этом дело — там происходит, если так можно выразиться, выход за
> пределы социальности... Плюс проблемы <<китайских дел>>...
> В историческом будущем Россия, возможно, не сможет удержать Сибирь и
> Дальний Восток. И речь не идет только о военном аспекте. Открываешь
> газету и читаешь, что водные и энергетические ресурсы Сибири, Дальнего
> Востока славно работают для осуществления 12-й пятилетки Китая.
> Наш институт сотрудничает с Китаем. Я часто бываю там. Мне нравится
> Китай. Но... это другой мир, другая культура, цивилизация. В этом
> есть некая опасность. <<Свято место пусто не бывает>>. По статистике
> ООН, треть разведанных минеральных ресурсов находится в Сибири и
> на Дальнем Востоке. А не разведанных? Никто не знает. Удержать эти
> потенциально богатые районы можно только большой численностью
> населения, очень живой социальной, хозяйственной деятельностью и
> прочее, и прочее.
> У меня есть ощущение, что всем этим Россия не может обеспечить
> Сибирь и Дальний Восток. Она не может обеспечить этим <<прочим и
> прочим>> даже районы до Урала... Говорю это потому, что я русский
> патриот. Не в том смысле, что она -лучшая, а смысле, что она - моя.
> Нужно сделать все, чтобы как-то сохранить в этих paйонах наше
> присутствие... Может быть, Россия выйдет из периода упадка, начнутся
> нибудь другие процессы, и вложили русские в Сибирь и Дальний Восток
> за 350 своего присутствия немало.
> Мною движет и инстинкт патриота, и инстинкт хозяина (по отношению
> к стране чтобы она, если уж нельзя удержать территории, извлекла
> из этой ситуации как можно больше пользы -
> исторической,экономической, социальной и т..д.
> Нужно быть реалистами. Нужно готовиться не только к наступательным,но
> и оборонительным войнам. Товарищ Сталин ошибся. Oн готовился только
> к наступательной войне, а пришлось вести оборонительную.
>
> —Значит, вы согласны с Суворовым (Резуном)?
>
> — Суворов все очень точно описал, но интуитивно. Сейчас историки и
> архивисты доказали: Сталин готовил наступательную войну. Удары
> должны были быть нанесены в августе 1941 года в районы Южной Польши,
> Восточной Пруссии, Будапешта... Но Гитлер начал войну 22 июня. Плана
> оборонительной войны не было.Начали <<импровизировать>> на ходу и
> <<доимпровизировались>> до Москвы.Что я имею в виду, говоря о
> стратегическо-оборонительном варианте по отношению к Сибири и
> Дальнему Востоку? Пока еще не поздно, пока еще есть покупатели, -
> попытатьс:я продать все, что еще можно продать. И тому покупателю, кто
> не съест с потрохами...
>
> — Кто же не съест с потрохами? И Китай съест, и Япония, и Корея...
>
> — Я сторонник западного варианта — норвежцы, канадцы и т. д.
> Все-таки Россия — часть христианской цивилизации, хотя и особая.
> Мы — белая раса, хотя я не расист. Об этом всём не надо
> громко кричать. Об этом нужно думать.
> Пока не создано всемирное правительство (о нем писал еще Кант а я
> сторонник такой идеи и, думаю, человечество к этому придет,Россия
> одна не справится с управлением огромной сокровищницы — Сибири и
> Дальнего Востока.
> Александр Невский, стоявший у истоков русской стратегии, считал, что
> нужнс идти отдаваться на Восток, а не на Запад. На Востоке могут
> убить, но все мы там будем, а на Западе душу отнимут — и поехал в
> Золотую Орду. Я не Александр Невский и считаю, что худо-бедно, но
> нужно идти на Запад. Так нас учит история. Но... Россия Западу и на
> фиг не нужна. Она для него, для американцев, одна из средних
> региональных стран. Однако это уже совсем другая тема...
>
> — Как же будет называться эта страна — без Сибири и Дальнего Востока?
>
> — Не знаю. Может, Россия, может, Нероссия. Не хочу думать об этом...
>
> — А что с Северным Кавказом, Кенигсбергом-Калининградом?
>
> — Ничего об этом сказать не могу. Но я был в университете в
> Ростове-на-Дону, там у меня много замечательных друзей,
> интернациональная компания, европейского склада люди, они считают,что
> Северный Кавказ Россия потеряет.
> Вот Александр Исаевич Солженицын предлагал Северный Кавказ отдать, а
> между ним и Россией вырыть ров. Но это, сами понимаете, фантазии
> художника.
> О Кенигсберге... Когда-нибудь, возможно, Россия его потеряет. Но пока
> никто не рыпается. Как есть — так есть.
> Чтобы завершить тему территорий, скажу — когда распался Советский
> Союз, я подумал: а может быть, это шанс для России? Как разделение
> Германии дало шанс ФРГ стать таким государством, каким оно стало.
> Ведь до раздела Германии ее восточная часть была лучше развита, чем
> западная. Наше Поволжье, я мечтал, станет нашей Рейнской областью,
> Самара — Дюссельдорфом, Нижний Новгород — Дортмундом и т.д. Кстати,
> все эти города Поволжья в начале прошлого века переживали расцвет — в
> архитектуре, хо-зяйстве, быте...
> Главные проблемы России, на мой взгляд, это не Сахалин,
> Камчатка,Дальний Восток и т.д. Это <<обезлюдивание>> страны, сотни
> заброшенных деревень, население которых всосали Москва, Питер, другие
> крупные города; это разрушение системы здравоохранения; социальной
> поддержки населения... Ладно. Можно еще долго перечислять главные
> проблемы России.
>
> — Вы сказали, что <<нужно уходить от Ленина>>. А куда?
>
> — Это метафора. Ленин, как ни странно, фигура, с которой связана
> вся моя жизнь. Моя бабушка из известного дворянского рода Вилъяшевых
> (по второму мужу, тоже видному коммунисту, Кобылянская) была xopoшo с
> ним знакома. Вернулась она из Швейцарии в Россию в <<пломбированном
> вагоне>>. Похоронена на Новодевичьем кладбище. Я вырос на коленях вдов
> Дзержинского, Воейкова... К нам в дом приезжали, ночевали
> возвращавшиеся из лагерей люди. Я слушал их рассказы. Поэтому в
> восемь лет стал законченным антисталинистом и антикоммунистом. Но в
> семье был культ Ленина. До восемнадцати лет Ленин был для меня
> заместителем бога на земле. Потом, повзрослев, к этому гражданину,к
> этому господину, мое отношение изменилось, но интерес остался.
> Когда меня иногда спрашивают: кто хуже, Ленин или Сталин? Я
> отвечаю: Сталин просто бандит, уголовник. Мясник, которого нужно было
> поставить к стенке, как и Гитлера. Все. Точка. Остальное мне
> неинтересно.
> Ленин интеллектуал. Вернее, Ленин — тот позор, до которого может
> дойти русский интеллектуал. Это гениально угадал в <<Бесах>> Федор
> Михайлович Достоевский.
> У меня есть сборник писем Ленина к родным, выпущенный в 1924-1925
> годах его сестрой. Читая их, видишь, как от нормального 21-22-летнего
> талантливого человека из новодворянской семьи до 50-летнего мужчины
> происходит деградация, разложение личности. Как от молодого
> человека, любящего маму, интеллигента, рождается то, что
> родилось.Виден его абсолютный цинизм, безжалостность, <<все
> дозволено>>.Ленин все это <<заквасил>>, а Сталин приспособил для
> народа, развил.
> Сталин — это народность. Он народный герой. Посмотрите в окно — там
> же до сих пор сталинская Россия. Нет никакой царской,
> горбачевской,ельцинской России. Ельцинская Россия — это Рублевка, а
> от горбачевской один <<Фонд Горбачева>> остался... Так, как
> современную Францию создал Наполеон III, а не Наполеон I, так
> современную,советскую Русь создал Сталин (с помощью ленинской
> <<закваски>>).
> Недавно я написал статью <<Советская посткоммунистическая Россия>>.
> Она вот о чем. От коммунизма Россия легко отказалась. От этих всех
> идеологий, партий, райкомов, горкомов. Оказалось, что все это
> —фигня. Но Россия осталась советской. Не по форме власти, а по
> типу власти и общества.
> Товарищ Брежнев был прав, произнося слова какого-то из своих
> спичрайтеров, что в новом советском обществе создана новая
> историческая общность — советский народ. Я сам — советский
> человек.В институте, которым я руковожу, около тысячи душ. Он самый
> большой научный гуманитарный институт в России. Все его сотрудники:
> русские, украинцы, евреи, армяне, азербайджанцы, корейцы —
> советские люди. Этот феномен описывали и наши, и зарубежные
> социологи. Вот от такой страны, от такого человека нужно уйти. От
> такого метафорического Ленина нужно уйти. Нужно бороться с Лениным.
> Ленин — демиург этого режима. Это он —безусловно, человек номер один
> XX века, во всяком случае для России,— гениальностью своей,
> разрушительной гениальностью, разрушительным цинизмом приостановил
> другую возможность для России. Я глубоко убежден, что Россия начала XX
> века имела две возможности развития.
> Она избрала худший вариант. Почему — другой вопрос.
> При Александре III и Николае II Россия сделала колоссальные шаги
> вперед. Последнего русского царя не любят. Действительно, не гений,не
> герой, но он же практически позволял делать все что угодно. Нас учили
> в школах, что первая революция в 1905 году была неудачной. Неверно —
> удачной. Началось развитие демократии, парламентаризма,начался
> экономический подъем... Это стало возможным, потому что между
> сторонами был заключен компромисс, а не смертоубийство. В этом удача
> первой революции.
> Меня оскорбляет наличие всех этих ленинских проспектов,
> памятники Ленину, фильмы о Ленине. Это суицидально для нашего народа.
>
> — Исполнился ли, на ваш взгляд, план оберпрокурора Синода
> Победоносцева: <<Треть российских евреев следует уничтожить, треть
> ассимилируется, а треть эмигрирует>> ?
>
> — Я этого не знал, хотя Победоносцева читал, изучал... Но так
> получилось. Так получилось... Я не мистик и не религиозный
> мыслитель, но помню, еще в детстве прочел у Бердяева, что его
> сделало нeмарксистом (сперва этот русский аристократ был марксистом)
> — судьба еврейского народа.
> Я вообще, честно говоря, не понимаю, и в этом смысле я — типичный
> герой Достоевского, как после всего, что произошло с евреями,возможно
> оправдание Бога? Если даже волос с головы человека не упадет без Его
> воли... Возможно, судьба еврейского на-рода — прообраз судьбы всего
> человечества...
> ...Единственный раз в жизни, в 1987 или в 1988 году, в метро, я чуть
> не умер, читая литературное произведение. Мне было 37 лет, здоровый
> мужик, занимался спортом, плавал. Со мной случился сердечный
> приступ,когда я читал роман Василия Гроссмана <<Жизнь и судьба>>.
> Гроссман-великий писатель. Соженицын у него <<украл>> (не забудьте
> поставить
> кавычки) Нобелевскую премию по литературе.
> Я читал рассказы Шаламова; читал как германист много специальной
> литературы, но сердечный приступ у меня случился, читая Гроссмана,не
> понимаю — за что? Как это стало возможно?
> Когда-то я долго работал в Баварии, ездил там в поезде. Люди
> сидят,читают газеты, за окном мелькают пейзажи, станции... И вдруг —
> Дахау!
> Едем дальше, ничего, все спокойны, приезжаем в Мюнхен.
> У меня в Берлине много коллег, друзей, знакомых. Всё чаще они
> говорятмне: <<Знаешь, Юрий, конечно, мы, немцы, делали страшные вещи.
> Но надо учитывать и то, сколько мы, немцы, спасли евреев. Некоторых
> казнили за помощь евреям>>. Меня эти разговоры ужасают. Меня ужасает
> охрана (иногда это даже бронетранспортеры, в которых сидят крепкие
> немецкие парни) — возле берлинской синагоги. Не возле православной
> церкви,мечети, буддийского храма — только возле синагоги.
> В Венгрии, из которой я недавно вернулся, происходят гонения на
> евреев. Я сопредседатель Российско-Венгерской комиссии историков.Меня
> назначили, я ведь не унгарист. У меня в Будапеште много друзей евреев.
> Социалисты, они недавно были у власти, симпатяги, веселые жулики,
> дунайские прощелыги. Но им на смену пришли суровые ребята.
> В Венгрии сейчас раздаются крики: <<Мочи евреев!>>. Конечно, я
> надеюсь, что Европейский Союз, НАТО им не позволят развернуться.А
> Россия... В России всегда слово <<еврей>> было так же неудобно
> произносить в обществе, как и слово <<член>>. А если его и
> произносили, то вполголоса. Россия, не забывайте, страна
> антисемитская... Это я так, на всякий случай...
> — Я и не забываю... Какая судьба ждет евреев в России?
>
> — Такая же, как и русских..
> .
> — Спасибо за интересную беседу.
>

Sergey79

а Вейерштрасс его метод обосновал, дык сколько времени прошло...
Это же совершенно разные вещи.
Потому что Дао высказанное уже не истинное.
Поэтому физики строят теории на истинном невысказанном "физическом смысле". А задача математики - высказать Дао, стремясь в пределе не потерять истинность.
Так что основы теорий формулируются быстро, на не до конца формализованных основаниях. Дальше может идти бесконечно много лингивистики в попытках формализации. С AI никаких намеков на основы я не слышал.
Оставить комментарий
Имя или ник:
Комментарий: